у них есть музыка композитора Экимяна,
но нет, нет Океана.
Еще загвоздка:
они боятся свежего воздуха,
закупоренные
в квартиры огнеупорные.
Они употребляют воздух, кипяченный
в вентиляции.
Даже Андрей,
который явно
вкусил нашей зеленой цивилизации,
и тот не вылезает из-за дверей
и не имеет собственного Океана.
Странно.
И делает вид, что не знает об Абебеа.
Беда!
Культура тела весьма слаба.
Они не расчесывают боа
и понятия не имеют об Абебеа.
V
«Уанджюк, что такое Абебеа?»
«Это похоже на аабебе.
Оно над Римами и Аддис-Абебами
звенит бессмертное на трубе!
Это священней войны и блуда,
Бриджит Бардо посреди двух А.
Непостижимы Аллах и Будда,
но непостижимей Абебеа.
Все остальное белиберда —
абебеа, абебеа... »
«Уанджюк, что ж такое Абебеа?»
Уанджюк улыбнулся, губами синея,
улыбка поэта была слаба:
«Рифмовка дантовского сонета —
а —
б —
б —
а —
а —
б —
б —
а —»...
Уанджюк опять ушел от ответа.
Так что же такое Абебеа?
АРБАТСКИЕ АБОРИГЕНШИ
одеты
(летом):
в баранью бекешу
(чем мохнатее, тем модней),
под ней
куртка замшевая
и вздох «замужем я...»,
под ней
пять ремней
на пряжках,
под ними
кофта синяя
овечьей пряжи
и «молния» американская
(смыкается, но не размыкается),
под ней рубашка пляжная,
с видом
на Сидней,
под ней
свитер
и 2 ночные рубахи,
охи, ахи,
под ними бикини
на ратине
с завязками, как силок.
Под ними —
кошелек.
ПОРНОГРАФИЯ ДУХА
Отплясывает при народе
с поклонником голым подруга.
Ликуй, порнография плоти!
Но есть порнография духа.
Докладчик порой на лектории,
в искусстве силен как стряпуха,
раскроет на аудитории
свою порнографию духа.
В Пикассо ему все не ясно,
Стравинский — безнравственность слуха.
Такого бы постеснялась
любая парижская шлюха.
Когда танцовщицу раздели,
стыжусь за пославших ее.
Когда мой собрат по панели,
стыжусь за него самоё.
Подпольные миллионеры,
когда твоей родине худо,
являют в брильянтах и нерпах
свою порнографию духа.
Напишут чужою рукою
статейку за милого друга,
но подпись его под статьею
висит порнографией духа.
Когда на собрании в зале
неверного судят супруга,
желая интимных деталей,
ревет порнография духа.
Как вы вообще это смеете!
Как часто мы с вами пытаемся
взглянуть при общественном свете,
когда и двоим — это таинство...
Конечно, спать вместе не стоило б...
Но в скважине голый глаз
значительно непристойнее
того, что он видит у вас...
Клеймите стриптизы экранные,
венерам закутайте брюхо.
Но все-таки дух — это главное.
Долой порнографию духа!
ЗАБАСТОВКА СТРИПТИЗА
Стриптиз бастует! Стриптиз бастует!
Над мостовыми канкан лютует.
Грядут бастующие —в тулупах, джинсах.
«Черта в ступе!
Не обнажимся!»
Эксплуататоров теснят, отбрехиваясь.
Что там блеснуло?
Держи штрейкбрехершу!
Под паранджою чинарь запаливают,
а та на рожу чулок напяливает.
Ку-ку, трудящиеся эстрады!
Вот ветеранка в облезлом страусе,
едва за тридцать — в тираж пора:
«Ура, сестрички,
качнем права!
Соцстрахование, процент с оваций
и пенсий ранних — как в авиации... »
«А производственные простуды?»
Стриптиз бастует.
«А факты творческого зажима?
Не обнажимся!»
Полчеловечества вопит рыдания:
«Не обнажимся.
Мы — солидарные!»
Полы зашивши
(«Не обнажимся!»),
V пальто к супругу
жена ложится.
Лежит, стервоза,
и издевается:
«Мол, кошки тоже
не раздеваются... »
А оперируемая санитару:
«Сквозь платье режьте — я солидарна!»
«Мы не позируем», —
вопят модели.
«Пойдем позырим,
на Венеру надели
синенький халатик в горошек, с коротенькими
рукавами!.. »
Мир юркнул в раковину.
Бабочки, сложив крылышки, бешено
заматывались в куколки.
Церковный догматик заклеивал тряпочками