- Нет! – закричал Мартин. Он нацелился пистолетом на Рея, хотел выстрелить, но Ия, не сообразив ничего лучше, прыгнула и, поджав под себя ноги, коленями приземлилась на спину отца. Мартин вскрикнул и растянулся на полу, Ия упала не него, больно ударившись локтем. Мужчина вновь направил пистолет на Рея и девушка с силой заломила его правую руку за спину. Отец бросил пистолет на пол и, перехватив его левой рукой, постарался выстрелить в Ию, но в последний момент девушка умудрилась плечом отвести пистолет. Раздался выстрел, и тело Мартина обмякло. Выхватив «Вальтер» из ослабевшей руки отца, девушка подскочила на ноги, нацелившись на него. Мартин перевернулся на спину, щупая свою голову. В глазах мужчины застыл ужас, когда он посмотрел на свои пальцы со стекающей по ним кровью – он прострелил себе ухо.
Ия пошатнулась, перед глазами все поплыло, но резкий удар по запястьям, словно пощечина заставил прийти в себя, но было уже поздно. Несколько громких выстрелов пришлись Мартину в лицо, шею и грудь. Девушка не в силах устоять, упала на колени и, закричав, почувствовала, как слезы обожгли щеки. В следующую секунду крепкие руки сгребли ее в охапку, запах знакомого одеколона заставил задохнуться, вспомнить все, что связано с Реем Капони и очередной полу-крик, полу-вой вырвался из груди, оставляя там мертвенную пустоту.
Слезы застилали глаза, Ия пыталась оттолкнуть от себя Рея, увидеть, что с матерью, но он не позволил. Капони крепко обхватил девушку за талию, понес ее вверх по лестнице. Ия кричала и вырывалась, она хваталась ногтями за бетонные стены, хотела остаться и умереть там, с ними, но муж нес ее наверх, после чего закрыв собой дверь, поставил Ию на пол. Девушка попыталась ударить его, но не смогла, после чего медленно осела на пол, потом легла, сжалась в комочек и затихла. Она содрогалась всем телом, слезы не прекращались, было сложно дышать. Ия почувствовала, что Рей сел рядом, она слышала, как он вызывает скорую, полицию, но больше не могла и не хотела пошевелиться. Убийственная слабость буквально задавила девушку и только когда медики сделали ей укол, Морфей забрал измученную Ию в свое царство.
========== Глава 12 ==========
— Рей, мы вскрыли, — голос Будапешта вторгся в размышления, разломав их, словно карточный домик. Рей тяжело вздохнул, потер переносицу и, поднявшись с кресла, направился к сейфу.
Особняк Виларда так и пустовал с момента его смерти. Жить там было некому, прислугу распустили за ненадобностью, а от того дом стал похож на огромное привидение, которое хотелось похоронить вместе с хозяином. Рей лишь забрал документы из кабинета и совершенно забыл про скрытый сейф, что был задекорирован белой шкурой медведя. Мужчине не хватало пару важных договоров и это привело его обратно в дом дяди. Что-то подсказывало, что именно этот сейф расскажет больше, чем целая жизнь, за которую он так и не успел изучить родственника.
Увиденное ошарашило Капони, а все догадки подтвердились. Рей указал охране и Будапешту на выход, и только когда дверь закрылась, дрожащие руки коснулись жадеита. Прозрачный изумрудно-зеленый камень впервые казался совсем не нужным, просто безделушкой, из-за которой сломалась не одна жизнь. Камень, словно приговор на вечные мучения, лежал поверх бумаг, нескольких пистолетов и разбросанных денежных купюр.
Тяжело сглотнув, Рей отошел от сейфа и, закурив сигару, сел на стол. Он не верил своим глазам. Казалось, мир рухнул на голову, и теперь мужчина банально не мог осмыслить произошедшее. Когда Ия рассказывала о своих переживаниях, Рей никак не мог понять, что значит «мир обрушился на голову». Только сегодня Капони всецело ощутил каждый слог необычной фразы.
Он обвинил в краже Ию и по сей день был убежден в своей правоте. Бедняжка уже неделю лежала в больнице, и он даже не позволил ей увидеть себя. Обвинил лишь в воровстве и предательстве. Терзался отвращением к молодой жене, выдумывал все самое омерзительное, что она могла бы воплотить в жизнь, и от этого теперь становилось еще хуже с каждым вздохом. Внутри все свербело от осознания своей никчемности, глупости и невнимательности. Капони мог смело номинироваться не на бизнесмена года, а на болвана пожизненно, что наложило бы крест на все труды, которые теперь казались совершенно ненужными ни ему, ни кому-то еще.
Бросив сигару на пол, Рей наступил на нее и, подойдя к сейфу, вышвырнул содержимое прямо на пол, где сел, перебирая бумаги. Все, что он находил, заставляло шевелиться волосы на затылке. Левые сделки, заговор против синдиката, смерть родителей, похищение Ии…
Никогда в жизни Капони и помыслить не мог, что дядя может быть причастен к гибели родителей. Мужчина не понимал, для чего ненавистный родственник хранил столь компрометирующую документацию, а от того не верил в их подлинность. Фотографии же заставили поверить, что самолет был действительно выведен из строя руками одного из подчиненных Виларда. Они же показали взлет самолета, его падение, горящие трупы людей, счастливое лицо дяди с обгоревшими документами родителей. Рей словно в трансе перебирал документы и фотоотчеты к каждому делу опекуна, который невероятным образом умудрился проникнуть вглубь синдиката, но так и не добился своего. Вилард Капони мечтал возглавить правящие семьи. Не вышло.
Не видя и не слыша ничего вокруг, Рей добрался и до дела Ии Треволд. Мужчина стянул на пол ноутбук и, вставив в него флешку, уставшими глазами уставился в экран. Множественные видео с лицом Ии на приеме у Николетт, фотографии ее родителей, одногрупников, соседей. Рей просмотрел каждое фото не решаясь включать видеозаписи. Ему казалось, что голос Ии пробудит в нем желание застрелиться от осознания своей вины в поломанной жизни когда-то улыбчивой девочки. Отдельная папка насторожила Капони и он неуверенно раскрыл ее. Несколько коротких, явно обрезанных видео и еще одна папка заставили задуматься: а что, если Ия подельница Виларда? Зажмурившись, Рей потер лицо ладонями и все же включил первое видео.
— Ия, ты сама не своя, — сидя напротив девушки, Николетт наливала чай из фарфорового чайника.
— Рей сказал, что я могу говорить тебе все, — девушка заламывала пальцы, и губы Рея дрогнули в улыбке. Столь ненавистный когда-то жест спустя несколько лет разлуки казался до боли родным. — Я рассказала про то ужасное убийство, в котором виновата больше, чем кто-либо на этом свете мог бы быть виноват во всех бедах мира…
— Не преувеличивай, милая. То была самооборона, — Николетт подбадривающе улыбнулась своей клиентке.
— Но мне так сложно рассказать тебе… все это время я хотела, но мне было так страшно, а завтра свадьба и я не могу больше, — Ия смахнула с лица слезы и посмотрела в глаза психолога. — Я люблю Рея. Я не хотела вовсе, понимаю, что это чувство ему совсем ни к чему, что…
— Ия, — Николетт поставила чашку, коснувшись рук девушки. — Это же прекрасно! Почему ты считаешь, что Рею ни к чему это чувство? Откуда такие мысли?
Рей потер руками лицо, прохрипев:
— Идиот…
Теперь было понятно, почему она ему отдалась в брачную ночь, почему заботилась, почему ей так тяжело находиться рядом, но одновременно необходимо. Рей складывал паззл, ужасаясь от своей глупости и жестокости, которую сумела полюбить обычная девочка…
— Он отсылает меня в другую страну сразу после свадьбы. Николетт, я не могу сказать ему, не могу испортить его жизнь своими глупыми чувствами, но что мне делать? Что делать, если дышать не могу без его глаз…
Видео закончилось. Рей помассировал переносицу, пытаясь успокоиться и понять, для чего это нужно было Виларду. Капони ожидал иного: хотел увидеть доказательства, что Ия украла камень, что она хотела подставить его, что все это время была не тем, кем казалась, а увидел в итоге то, от чего хотелось застрелиться здесь и сейчас.
Тяжело поднявшись с пола, Рей переместился на диван, попросил Будапешта принести кофе с коньяком и принялся смотреть видео из предыдущей папки. Встречи с Николетт всегда происходили спокойно. Ия то и дело нахваливала Рея за его доброту к ней и мастерство устраивать бизнес. Она восхищалась им, словно ребенок своим могучим отцом, от чего становилось противно от себя самого.