— Мне нравится твой животик, — говорит.
— Разве? — надув губы. — Он слишком толстый!
— Толстый? Ты совсем худышка, смотри как кости торчат! А животик просто идеальный, я же не стану врать!
При тихонько улыбается.
— Погоди, у меня есть кое-что, — достает из кармана пурпурный цветок.
— Господи, где ты достал лелию?
Бразилец вплетает орхидею в смоляные волосы. Отходит на пару шагов, приценивается.
— Выглядишь восхитительно!
— Обригада, — опускает взгляд.
— Сегодня ты — королева ночи! Парни, как деревянные фигурки, попадают у твоих ног.
— Мне не нужны парни у ног, и вообще не нужны. Для чего? Больше проблем!
Тот смеется:
— Смотря с какой стороны посмотреть: проблема — она же и приключение.
— Ой, Габи, совсем вылетело из головы, — ударяет ладошкой по лбу, — как прошло твое свидание?
— Он мил, — закатывает глаза, — и он из Аргентины, из Росарио, если точнее. Работает в театре, представляешь? Ай! И он уже ждет нас на пляже, надо спешить! Я все приготовил…
Загибает пальцы:
— Взял полотенце, сигареты, орешки и капиринью. Смешал много-много мяты и льда, как ты любишь.
— Ай, я уж и не знаю чего я люблю! — хватает со стола железную пепельницу с горящей сигаретой.
Садится на диван, закинув ногу на ногу. Желтая обшивка ярко оттеняет тело цвета какао. От шоколадных пальцев изящными струями поднимается дым.
Габи глубоко вздыхает и садится рядом. Заглядывает в кофейные глаза:
— Опять о Нем думаешь, да?
Мулатка молча курит.
— При, дорогая, жизнь продолжается. Надо дышать полной грудью, наслаждаться. Ты сама говорила, что Он тебя научил мечтать.
Девушка холодно отвела взгляд. Сочные губы, однако, выразили еле уловимую улыбку.
Габи тянется и забирает у При сигарету. Решительно давит окурок о пепельницу, как надоедливого таракана.
— Знаешь, — продолжает бразилец, — Он был даже слишком милый! Если бы ты Его проморгала, даже не знаю, я бы… я бы точно увел такого красавца. И к черту наш уговор не воровать парней!
При уставилась круглыми белыми глазами.
Попыталась сдержать смех, но не смогла.
— Да что ты, что ты такое говоришь, дурачок. Бабака! Он бы с тобой… нет! Ни за что, — ударяет собеседника в плечо.
— Эй, думаешь, я недостаточно привлекательный?
— Нет, то есть да. Да нет же! Его женщины привлекают, и только!..
Девушка замолчала, пробежав взглядом по потолку.
— Я ведь все о Нем знаю, но Он такой изменчивый… В следующий момент уже другой. Так что, возможно, ты и прав, дорогой Габи, все могло случиться, — широко улыбается, — но тогда мне бы пришлось тебя сейчас успокаивать, а я с такими вещами плохо справляюсь, так что лучше ты меня утешай!
Смеется.
— Это звучит странно, — продолжает тихим голосом, — я чувствую Его. Сегодня видела сон, и Он был там, на какой-то скале. Отовсюду поднимался дым, и огромный круглый кратер, как на Луне или Марсе, даже не знаю. Мы просто сидели рядом, улыбаясь, на краю кратера, представляешь? Свесив ножки. И настолько все легко и просто, что невыносимо! Любовь бушевала как кипящая лава, меня чуть не разорвало! Я тут же проснулась, с горячими мокрыми щеками.
Поправляет дрожащей рукой волосы.
— Весь день меня трясет, и не понятно где сон, а где реальность, словно объелась мескалина. Прошел уже год, но будто все происходит сейчас. Только где оно происходит? Все поменялось, раньше я жила и видела лишь серые фавелы. И Рио, такой опасный — страшно выйти на улицу. Каждой ночью где-нибудь, да слышны выстрелы. А помнишь того соседа на углу, офицера? Вообще убили посреди дня, в шестьсот двадцать четвертом автобусе. Дурачок, не переоделся в гражданское. Все же знают, что в форме нельзя разгуливать.
Вздыхает.
— Все вокруг превратилось в какую-то иллюзию, где куча ниточек переплетены. И тот вулкан, на котором мы вдвоем, он ведь где-то существует!
Мулатка замолчала, разглядывая сломанный ноготь.
На улице раздался резкий шум, резонирующий по стеклам. Взбираясь на крутой подъем, автобус тужился и ревел, будто раненый буйвол. Затем что-то из него вдруг дважды хлопнуло.
— Слышишь? — она вскочила, указывая на окно. — Все это не просто так! Не знаю что происходит.