Габи поднимается:
— Не унывай, милая При, — крепко сжимает ладонь, — все будет хорошо.
Девушка обнимает друга.
— Дай мне еще две минутки, пожалуйста.
Габи кивнул.
Уже стоя в дверях, он расплылся в хитрой улыбке и послал воздушный поцелуй.
— Иди к черту! — расхохоталась девушка.
Схватила с дивана подушку, бросив вслед.
Снова посмотрела в зеркало.
Поворачивается боком.
Втягивает животик.
Надевает шифоновое платье цвета слоновой кости. Поправляет грудь. Смотрит несколько секунд. Запускает руку под платье, расстегивает застежку и выдергивает чашечки. Бросает лифчик на спинку стула. Так намного лучше!
Хватает черную винтажную футболку, потертую, с коровьим черепом на груди. Надевает поверх платья. Следом накидывает кожаный жакет.
Садится на стул. Запускает длинную руку в сумочку, роется, быстро и шумно, на запястье гремят тяжелые браслеты.
Достает тени. Нет. Снова запускает тонкую руку — ага!
Плавно и аккуратно водит помадой вдоль губ. Яркий фиолетовый след оттеняется миндальной кожей. Чмокает губами. Поправляет сережки. Тонкие обручи закачались, играя золотистым блеском.
Снова роется в сумочке.
Разжимает ладонь, на которой лежит деревянная фигурка. Шахматный король, такой кремовый-кремовый на фоне узких пальцев цвета корицы.
— Ну же, При! — кричит Габи. — Пропустим салют!
Девушка вскакивает.
Бросает последний взгляд в зеркало.
Отклеивает и кидает в рот мятную жвачку.
Выбегает из комнаты.
На пляже не протолкнуться. Народ упирается друг в друга. Льется слепящий радужный свет. На сцене бойцы капоэйры раскачиваются вперед-назад, пританцовывают, делают широкие взмахи ногами.
Сквозь толпу пролезает темнокожий парень, останавливается рядом. Тянется, ухватив мулатку за талию. Кричит что-то в ухо.
Круглые глаза При наполнились хищной яростью. Стряхнув с себя наглую руку, выплескивает в наглеца содержимое пивной банки.
Недоумок психует, злобно ругается. Уходит к следующей девушке — очередной идиот, ищущий подтверждения собственной красоты.
Габи стоит рядом, но не видит происходящего. Ничего не замечает, поглощенный своим кудрявым аргентинцем. Жадно облизывает губы, мнет его упругие ягодицы. Мужчины горячо и страстно натирают друг друга, будто пенной мочалкой.
Допив остатки пива, девушка бросает жестянку на песок и давит подошвой. Щелкает капсулу сигаретного фильтра. Затягивается.
Заводная энергетика самбы побуждает двигаться. Бедра виляют, коленки сгибаются, ступни переступают с места на место. Мулатка закрывает глаза, подхваченная жгучим ритмом.
Втягивает ментоловый дым.
Танцует.
Кожа вздрогнула от прикосновения. Кто-то обхватил запястье, деликатно и крепко. По предплечью узорами растеклось приятное тепло. Несколько мгновений девушка не решалась повернуться, поглощенная ярким ощущением — как в детстве, когда тебя ведут за руку на аттракционы, а в другой руке сахарная вата.
Оборачивается.
Стоит незнакомец: высокий, светлые глаза, закатанные рукава рубашки, широкие плечи, добрая улыбка.
При глубоко выдыхает.
Сигаретный дым ударяется мужчине в лицо.
— Ой! — смущенно прикрыла ладошкой губы.
Чувствует обжигающий холод его пальцев. Незнакомец убирает руку — похоже, обознался. Другую руку прикладывает к сердцу, извиняясь. Разворачивается и пытается увильнуть сквозь толпу.
Ну уж нет!
При хватает его, притягивая к себе.
Мужчина снова перед ней, смотрит.
— Quem é você? — глядя чуть снизу.
Тот мотает головой.
Ага, наверное, иностранец.
— Você fala português?
Незнакомец корчит гримасу.
Тянется и отнимает у нее сигарету.
Показалось, что он возмущен, как щепетильный отец, и вот-вот начнет ругаться. Вместо этого, он сам затянулся. В уголках глаз побежали добрые паутинки.
Липнет взглядом к фиолетовым губам.
Ну наглец!
Что дальше?
Мужчина возвращает сигарету.
Хорошо.
Курят на двоих.
Он улыбается, уже как-то иначе, интригующе.
Да, это какая-то игра. Без правил, сбивает с толку. И то, как он смотрит — отрывает от земли. Обволакивающий, исследующий взгляд, полный восхищения, будто впервые видит женщину.