Гет с Гуго пилили ствол дерева. Валить эти великаны помогали дубли, а вот ломать их через коленку им слабо – лесорубы обходились собственными силами. Предлагать помощь этим двоим было глупо. Она огляделась.
– Что с тобой? – повернув к ней голову, спросил Гет.
Его голос был спокоен тем самым спокойствием, в котором она всегда распознавала тревогу за неё.
– Ищет, кого бы убить, – насмешливо разъяснил Гуго, какие тараканы сейчас устраивают гнездо в башке Наруги.
Она скривилась, не найдя слов огрызнуться. Гуго как-то странно посмотрел на неё и посоветовал:
– Брось маяться дурью и поговори с капитаном.
Совет был в самую жилу – то, что надо. Она благодарно кивнула и направилась к Анаберу. Тот возлежал рядом со своей машиной у костра, облюбованного медведями – подальше от суетливых оборотней. Дубль-Ан – детектор, а не зверь – открыл ей навстречу глаза и одобрительно кивнул веками. Один из его хвостов тюкнул пилота по затылку. Тот обернулся и махнул рукой, приглашая даму присесть.
Не успела Наруга опустить задницу, как рядом нарисовалась размороженная Акери. Жёлтые глазищи таращились на подругу с подозрительной въедливостью змеи, оценивающей потенциальный обед. Ари опустилась на песок всё в той же позе лотоса прямо напротив неё. Наруга невольно насторожилась, стреляя глазами то в одного деятеля, то в другую: сговорились или экспромт?
– Успокоилась? – уточнил капитан, будто зондируя почву перед нападением.
– Мы не сделаем тебе зла! – возмутилась зеленоволосая любительница вытаскивать наружу чужие чувства.
– Сначала научись разбираться в людях, а потом давай дурацкие советы, – проворчала Наруга и осведомилась: – Ну? Давай, Анатоль, выкладывай сеанс психотерапии.
– Много чести, – лениво огрызнулся тот. – Я штурман, а не нянька. Вся моя психотерапия основана на паре веками традиционных команд: упал, отжался.
– Я отлично отжимаюсь, – похвасталась она.
– Мы все отлично отжимаемся, – хмыкнул Анабер.
– А я не умею, – огорчилась Акери, растерянно изучая ладошки.
Они с капитаном дружно фыркнули, и Наруга спросила напрямик:
– Анатоль, так я сделала глупость или молодец?
– Ты сделала нормальный шаг нормального человека. Во-первых, сделала всё, чтобы защитить танольцев. Во-вторых, не смотря на свои закидоны, выполнила приказ майора: продолжила эксперимент. А количество привлечённых для этого людей значения не имеет. Никто, кстати, и не требовал сохранить жизнь всем диверсантам. Зачем нам такой геморрой? Это не случайные люди. Выполнение их задачи не сулило нам спокойной жизни. Двоих вполне достаточно для решения проблемы по увеличению стаи единственно доступным для нас способом.
– Не единственным, – напомнила Наруга.
– Да нет, единственным, – возразил Анабер. – После вашего появления у всех разом пропали неприятные мысли о необходимости выживать за счёт жизни других. Со дня смерти матери моего Фаусто прошло сорок пять лет. А я до сих пор никак не пережую чувство вины. О моих чувствах к Ирине уже забыл, а вот это никак.
– Фабер напоминает?
– У него глаза его матери, – вздохнул капитан и закрыл неприятную тему: – В этом году у нас просто невиданное пополнение. Сначала вы. Потом Гаафар с Ханан.
– И Галя с её подельниками, – проворчала Наруга.
– И они. Эксперимент-то удался. В принципе. А то, что они использовали полученное в собственных целях, так это всего лишь побочный эффект. Их цели угрожали нашей безопасности, и мы от них избавились. Кто сказал, что каждый следующий берр принесёт только угрозу?
– Согласна: одно с другим не связано. Ты пытаешь повернуть всё так, будто я кругом молодец? – сообразила она. – Анатоль, я нарушила приказ. И это меня мучает.
– Мы что, воинское подразделение? – удивился он. – Мы вообще-то семья. Прости, но тебя занесло куда-то не туда. Будь я там, рядом с тобой, сделал бы то же самое: двух-трёх оставил – кто показался бы мне подходящим экземпляром – а остальных в расход. Ты же не просто так пожалела этих двоих.