Наруга с Бинкой прыснули.
– Изучает влияние оргазма на скорость деления в столбик, – помогла Шатхие подошедшая к подругам Ракна и стервозным тоном осведомилась: – Судя по всему, добраться до заслуженной мною постели нам сегодня не судьба. И что? Придётся вить гнездо под кустом?
– Лучше на дереве. Возьми у Ари пару уроков, – посоветовала Наруга.
– А чо, первый-то этаж готов, – жизнерадостно откликнулась Бинка. – Вон, как размахнулись. Все влезем, – оценила она опытным глазом.
– Ага, тебе главное влезть, – пробурчала Ракна, мрачно разглядывая заготовленный для них мавзолей. – Ты у нас поразительно конгруэнтная, куда тебя не засунь. А я девушка изысканная. И, между прочим, вышла замуж.
– Под кустом? – ехидненько уточнила Бинка. – Так, выходит, там тебе и гнездоваться.
Ракна зашипела, таращась на разбитную славянку гневными жерлами чёрных глазищ.
– Ты чего дёргаешься? – удивилась Наруга.
– Дубль-Ра отложила яйца, – пояснила Шатхия.
– Да ладно! – восхитилась Бинка.
Обернулась и присела, заглядывая под днище беременной машины. Наруга присоединилась к ней – интересно же. Мандаринка с двусмысленным позывным Дурга сидела в раскоряку и жутко гордилась всеобщим вниманием. Вокруг неё кучковались Шах, Бин-бин и сам гордый папаша. На животе будущей мамаши любопытствующие пилоты с трудом разглядели гроздь яиц размером с кулак.
– На ней теперь не повоюешь, – выдала экспертное заключение Бинка.
– А мы собирались? – бесстрастно поинтересовалась Шатхия.
– А кто нас спросит? – недобро хмыкнула белобрысая, напуская тумана.
Наруга внутренне напряглась: что эта прохиндейка знает? Знает и скрывает. В ответ на её пристальный взгляд Бинка ответила своим: прямым и полным всяческих экспрессий.
– У нас тут что, заговор наклёвывается? – встряла Ракна, издав потрясающий по драматичности накала вздох. – Нет, я не в претензии, – нарочито льстиво поклялась она зыркнувшей на неё Бинке. – При отсутствии внешних врагов, как-то скучно жить, не заводя в тылу партизан.
– Чо ты несёшь? – с живописным пренебрежением отмахнулась блондинка. – Нашла тоже коварную христопродавицу.
– Ну, что ты, дорогая. В мыслях не было. Я даже не призываю тебя оправдываться, а то, не дай Бог, ещё оправдаешься.
– И оправдаюсь, и тебя попутно засужу, – не повелась на её подначку Бинка. – И не финти мне тут. Тоже ещё нашлась инквизиторша. Я и не таких вокруг пальца обводила, когда у тебя от твоей науки мозги жиром заплывали.
– И не думала финтить, – пожала плечами Ракна. – Куда уж моей мании преследования против твоей мании величия?
– Пошли вниз, – предложила Наруге Шатхия. – Надоели.
Сверху посыпались камушки – медведи спускались с перевала, забирая влево по направлению к бурлящей стройке. На спине Дубль-Ри сидели Акери с Нэлл. Глаза обеих округлились: Ари что-то силилась втолковать новообращённой, а та силилась впихнуть это в себя, переварить и не лопнуть. Наруга успела перехватить мимолётный задумчивый взгляд Бинки, брошенный на диверсантку. Если учесть, что их добродушная блондинка чужда любой политике, выверты её психики никак не проигнорировать. Но и брать её в оборот немедленно, смысла нет: пока сама рта не откроет, ничего не выйдет, хоть на куски режь.
– Пошли, – кивнула Наруга Шатхие.
И первой заскользила вниз. Машка с Дубль-Хан давно их учуяли, поскольку оккупированный ими сарай торчал ближе всего к перевалу. К тому же воспитание детишек поглощало их не столь всеобъемлюще, как работа всех остальных. Нет, берры с дублями знали о появлении сородичей, но делегаций навстречу не высылали – сами не заблудятся. Что до чествования героев, так этой нечисти в стае не водилось: все делали своё дело, где оно их застанет и как придётся.
Юлька помахала подругам руками и прямиком с крыши запрыгнула в кабину машины. Машка потрусила к перевалу, а забытая книжка съехала по скату и ухнула вниз. Ханан тоже развоплотилась – Дубль-Хан сочла семейную прогулку подальше от громогласной стройки делом благим. Спускающихся с горы путешественников ничуть не удивило, что малыш Хаук тоже обзавёлся вездеходом, который скакал рядом с матерью и весело вертел хвостиками.