– Это та самая девочка? – заинтересовалась догнавшая их Нэлл. – Та, что переродилась вместе с…
– С вашими проводниками, – неподражаемо спокойно закончила за неё Бинка.
– Я слышала, что она не совсем такая, как вы, – ничуть не смутившись, поделилась Нэлл.
– Она Ари, – ответила Шатхия.
– Странно, – задумчиво оценила Нэлл, профессионально работая ногами на крутом каменистом склоне. – Акери говорила, что она с другой планеты. Значит, там тоже есть преобразователь? Почему же о нём никому не известно? И почему её планета Кунитаоши не защищается от вторжения, как эта?
– А на неё нападали? – деланно удивилась Ракна. – Интересно было бы посмотреть. Нам тут одна тамошняя ведьма мозги насквозь проклевала. А там целый легион мозгоклюев. Представляю зрелище вашей высадки.
Нэлл не приняла приглашения позадираться – сделала вид, будто обмена мнениями по скользкому вопросу вообще не состоялось. Наруга уловила, как губы Бинки при этом еле заметно тронула едкая ухмылка. Как говорится, сверкнула и погасла – вот же скрытная зараза. Понятно, что все свои жуткие тайны она вытряхнет из себя, стоит рядом оказаться Гранке. Точно так же, как Ракна продолжала заглядывать в рот самой Наруге, так и Бинка сверяла помыслы со старой испытанной подругой. Не на каждом шагу, но в каждом узловом моменте их жизни, которую добросовестно религиозная славянка обзывала потусторонней.
Умильная делегация встречающих не полезла на склон – мама пресекла на корню докучливую затею. Даже Машка подчинилась, когда Дубль-Хан прилегла в ожидании, и плюхнулась рядом на брюхо, задирая голову да призывно похрюкивая. Юлька с Ханан выбрались наружу и свистанули вверх по склону – у подножия он был достаточно пологим, чтобы мама сочла эту физкультуру не травмоопасной.
Тем более что вскоре крошка Ари дотумкала: зачем трудить ноги, если можно заставить вкалывать силу Ису. Она приподнялась над землёй и поплыла навстречу новым родственницам. При этом не отпускала Юлькиной руки, что-то щебеча с важностью молокососа, утонувшего головёнкой в офицерской фуражке отца.
Когда они состыковались, и Ханан повисла на шее Наруги, Нэлл протянула к девчушке руки:
– Давай познакомимся.
Ханан крепче прижалась к груди Наруги – коготки маленькой Ари впились в её шею, словно пытались закрепиться на этом большом надёжном теле. Вертикальные зрачки сузились и почти потерялись на радужках, пульсирующих розовым золотом. И хотя личико оставалось спокойным, Наруга внутренним нюхом чуяла, что Ханан боится. Она поцеловала малышку в висок, невесомо шепнув:
– Не бойся.
Та коротко кивнула и отвернулась от деревянной улыбки Нэлл, схлопотавшей изрядную дозу разочарования.
– И чего? – тоном экзаменатора выдала Юлька, оглядев гостью. – Это всё, что от них осталось?
– Что ты! – дурашливо вытаращилась Ракна, нежно пригладив рыжую макушку. – Ещё мы притащили тебе красавчика-принца. Еле поймали, так он упирался. Не желает, видишь ли, портить свою породу кровью беспородной шавки из трущоб Словены. Экстерьер у тебя подкачал.
– Да и хрен с ним! – весело оскалилась Юлька, обнимая Бинку. – Я и без него замуж выхожу.
– Уже? – хмыкнула Бинка, отдирая от себя Рыжую.
– Да ну, тебя! – фыркнула та, отлипнув.
Они отправились дальше, к вожаку, который вполглаза наблюдал за их страстями. Мандарины давно обогнали своих пилотов, и, наконец-то, собрались всем семейством, устроив пляску восьминогих зонтов. Медведи пыхтели за спиной, отвечая сородичам, довольно булькающим приветствия со всех сторон стройплощадки.
– Тебе не понравилась Нэлл? – спросила Наруга, продолжая нести Ханан. – Знаешь, у неё три дочки-близняшки. Все одинаковые и курносые, как она.
– У неё есть дети? – несказанно удивилась девчушка. – А я… Нужно спросить у Акери. Я ещё маленькая, чтобы видеть правильно.
Всё, началось – мысленно усмехнулась Наруга – уже заговаривается. Осталось освоить древесную жизнь, и они получат новую проблему: дополнительный пост у какого-нибудь дерева в ожидании пришествия Ари. Хотя, с деревьями, может, и пронесёт – Дубль-Хан вряд ли допустит подобное баловство.