Акери слетела с него без помощи пилотов. Быстренько огляделась и засеменила к самому краю поляны. Там она замерла, уставившись носом в землю.
– Чего это с ней? – забеспокоился Гаффар, разминая затёкшие ноги.
– Обед готовит, – хмыкнул Риг, держа на руках Ханан.
– У неё ничего нет для обеда, – резонно заметила девочка.
– Обед для дублей, – пояснил Риг. – А им ни кастрюль не нужно, ни всего прочего. Их обед бегает по лесу или ползает под землёй. Бегать нам сегодня слишком опасно. Вот Акери и достаёт нам обед из-под земли.
– Садись здесь и сиди, – раздался за спиной голос Патрика. – Мы разведём костёр, потом займёшься ужином. Но пока никуда! – строго наказал он.
Гранка обернулась, натянула на лицо добродушие и окликнула берра:
– Я за ней присмотрю! Не волнуйся! Разберитесь поскорей с костром!
Тот кивнул, махнул рукой брату, подхватил топор и пошёл заниматься делом. Риг передал Гранке девочку и потопал следом. А дубли уже торчали рядом с Акери и прислушивались к движухе под ногами.
Та, по всей видимости, обещала многое – Дубль-Ри, позабыв про важность и апломб, со всем пылом своей задорной жадности буровил взглядом заросший травой пятачок земли. Пылкий юнец боялся лишний раз вздохнуть, чтобы не спугнуть добычу, что сама шла в лапы. Дубль-Пат – под стать хозяину серьёзный и сдержанный – готовился нанести точный удар, разминая челюсти. Граша подпрыгивала за его спиной на цыпках и что-то пискляво напевала.
– Смешные они, – задумчиво молвил Гаффар, когда Гранка устроила его на толстой подстилке и положила на колени внучку.
– А все говорят, что они чудовища, – укоризненно заметила Ханан. – Люди что, не знают, какие они на самом деле?
– Смешные и добрые они только со своими людьми, – пояснила Гранка, плюхнувшись рядом в траву. – А свои для них берры и наши поселенцы. Все остальные просто мясо. В крепости такой смешной медведь мухи не обидит. А когда на планету прилетели плохие чужаки с оружием, эти смешные их…, – осеклась она.
– Разорвали в клочья, – преспокойно закончила Ханан. – Собаки тоже служат человеку. Охраняют хозяина. А когда на хозяина нападают, рвут всех в клочья. Но их никто не называет чудовищами. Почему так, дедушка? Это же нечестно.
– Ну-у-у, – протянул Гаффар, придумывая ответ.
– Ты правильно сказала, – помогла ему Гранка. – Собаки служат человеку. А медведи с мандаринами нет. Они наши друзья. Они сами выбирают, с кем дружить, а с кем нет.
Тут, наконец-то, земля рядом с Акери вздыбилась – зеленоволосая заклинательница едва успела взлететь. Медведи напряглись, изготовив хвосты для захвата. Вот наружу проклюнулось знакомое рыло и распустило мясистые лепестки. Один из хвостов – не пойми чей – заарканил голову червя и чуток подтянул наверх. Второй хвост перехватил его ниже: снова червяка поддёрнули и так далее. Когда его вымахнули на поляну, червячок выглядел жалко: метра три и в диаметре пустячок. Дубли пускали слюни, наблюдая, как он раздувается, обещая, что его всем хватит.
– Какие хитрые! – прыснула Ханан. – Смотри, дедушка, сразу не едят. Ждут, когда много станет.
– Если сами себе выбирают друзей, значит, умные, – нравоучительно указал Гаффар. – А ты впустую не хихикай. Ты учись, что тут и как. Знать должна, чтобы стать осторожной и сильной.
У Гранки по-настоящему защемило ненастоящее сердце. Старик с такой уверенностью поучал внучку, как та должна строить будущую жизнь, словно билет в оборотни у него в кармане. Окончательно разнюниться она не успела. Что-то кольнуло – Гранка обернулась. Хорошая девушка Галя стояла и неотрывно пялилась на происходящее, успев нагнать на лицо маску испуга. Но тот миг, когда Гранка увидала совсем другое лицо, бывшая воровка не упустила. Робостью там и не пахло. Славное личико с заострённым носиком и прочими миловидностями натурально превратилось в лисью морду.