– Я ни о чём не думала, – подтвердила Ари своё пребывание в этом мире.
– У тебя в голове не шумит? – переиначила вопрос Гранка, присоединившись к запутавшемуся в двух соснах эксперту.
– Нет, – проверив мозги, убеждённо заявила Ари. – А у вас шумит?
– У нас там грозовой фронт, – морщась, проворчала Наруга, но заставила себя заглянуть в лабораторию, – Э-э-э…, – не смогла она подобрать слов для увиденного.
– Охренеть, – прошептала Гранка несчастным голосом.
Потрясла головой, надеясь выколотить оттуда глюк. Проморгалась и снова уставилась на Ханан. Девочка уже сидела, разглядывая ладошки. На её лице сияли огромные арабские… золотистые глазки с вертикальными зрачками. А на лысой черепушке – Гранка переживала, что это навсегда – проклюнулась нежная тёмная поросль.
– А вот, кстати, кто мне объяснит этот феномен? – нашла, чем заполнить ступор Наруга. – Нас скопировали один в один. У меня за несколько месяцев ничего не изменилось. А у мужиков бороды и патлы до подмышек. Но они-то сюда явились бритыми мальчишками. Почему мои волосы не отросли ни на сантиметр? Вот и Ханан обрастать начала.
– Отстань! – огрызнулась Гранка и сграбастала руку Акери: – Мне можно туда?
– Можно, – удивилась та странному вопросу.
Гранка тотчас залезла внутрь и подскочила к малышке.
– А у меня волосы, – похвастал вылупившийся беррчонок, ощупывая голову. – И ничего не болит.
– У берров никогда ничего не болит, – авторитетно объявила Гранка, подхватив её на руки.
– А дедушка?! – принялась брыкаться Ханан, когда поняла, что её утаскивают из страшного места.
– А дедушка ещё спит, – пояснила Наруга, принимая просунутую меж столбов бойкую новорождённую драчунью. – Он позже проснётся.
– И, как ты это объяснишь? – выбравшись наружу, первым делом взялась качать права Гранка.
Отняла у подруги свою девочку и ткнула ею под нос Ари.
– Красивая, – ласково объяснила та не совсем то, что от неё ожидали.
– Издеваешься?! – взорвалась Гранка, прижимая ребёнка так, словно в котловине объявили воздушную тревогу.
– Уймись! – велела Наруга и уточнила: – Акери, это трудно, но постарайся сосредоточиться. Почему у Ханан такие же глаза, как у тебя?
– Не знаю, – беспечно отмахнулась та и протянула руку к малышке.
Гранка рефлекторно отступила, но тут же опомнилась, буркнув невразумительное извинение.
– Ты пришла, сестра, – потешно млея, нежно прочирикала Акери, поглаживая Ханан по руке.
– Какая сестра? – терпеливо допытывалась Наруга. – Куда пришла?
– Ари, – одарила её восхищённым взглядом начинающая съезжать с катушек фея. – Я говорила, что вы можете стать Ари.
– Но мы не стали, – напомнила Гранка. – Так за что же ребёнку такая напасть?
– Какая напасть? – пихнула её кулаком Наруга. – Акери, так она точно Ари?
– Я чувствую, – проблеяла та, оглаживая спину девочки.
– А почему волосы нормальные? Или потом позеленеют?
– Зачем?
Наруга отвесила ей подзатыльник средней тяжести. Зеленоволосая головёнка дёрнулась, затем повернулась к ней и явила чуть протрезвевшие глаза.
– Волосы у неё останутся нормальными? – чуть ли не по слогам повторила Наруга.
– Они больше не выпадут, – растерянно заморгала Акери.
– О, Боже! – закатила глаза Гранка.
Затем развернулась и направилась к кострам, растоптанным бесноватой мамой.
– Она сердится, – вздохнула Акери и поплелась следом.
– А я в бешенстве, – сухо процедила Наруга, шагая следом. – Ты хоть раз можешь поднапрячься и сразу разрешить наши сомнения? А потом плыви себе в жемчужные чертоги Ису. Я лично уничтожу любого, кто встанет у тебя на пути.
– Волосы, – пробормотала Акери, поднапрягшись. – Они чёрные. У всех людей её крови чёрные волосы. Так ведь?
– Так, – буркнула Наруга, страшась спугнуть промельк здравого смысла.
– И у неё они были чёрными. Она такой родилась! – обрадовалась фея сотворённому логическому умозаключению.