– На этой луне Ису не возводила себе жемчужных чертогов, – на полном серьёзе напомнила она. – Лишь луна над Кунитаоши была удостоена подобной чести.
Брови Анабера поползли на макушку. Но он не стал встревать, отдав инициативу в руки тому, кто умеет добывать из подвисшей Ари драгоценные зёрна информации.
– Её чертогов здесь нет, – вяло подтвердила Акери, вновь мутнея взором. – Здесь живут её дети. Они изгнаны из жемчужных чертогов за непослушание. Так рассказывала бабушка. Они непочтительны к своей матери. И кровожадны. Но сила матери повелевает ими. Как бы их души не восставали.
– У них ещё и души имеются, – пробормотала Ракна, закатив глаза.
Наруга сунула ей под нос кулак и продолжила ровным тихим голосом:
– Ису повелевает ими сама? Или присылает сюда тех, в чьи руки она вложила свою силу?
– Не-ет, – покачала головой Акери. – Ими повелевает земля, напитанная кровью богини.
– И где эта земля?
– Везде, – отрешённо бросила Акери, намереваясь окончательно провалиться в нирвану.
Наруга её обняла, и начала потихоньку встряхивать:
– Ари должны защищать своих людей. А сейчас они в опасности. Если ты начнёшь уходить путём служения, люди погибнут.
Акери встрепенулась и заморгала, таращась на подругу так, будто та явилась к ней с запиской от самой богини.
– Я…, – начала она.
– Ты должна переправить этих негодяев через реку, – объяснила Наруга, ткнув пальцем в берег.
– Я не умею, – неуверенно призналась Акери.
– Да, не на себе же! – не выдержала Ракна. – Пригони сюда парочку крокодилов. Я бы сама их пригнала, но меня срисуют, когда я буду вылазить.
– Да, так получится их переправить, – обрадовалась Акери.
– Всё, – подтолкнула её Наруга в сторону Гета. – Теперь она в рабочем состоянии. Не выключится на полдороге.
– Я пойду с ней, – решила Шатхия, не проронившая прежде ни слова.
– Ну, ты даёшь, – восхитился Анабер, когда группа отправилась на задание. – Мне даже показалось, что ты сама веришь в эту богиню.
– В неё верит Акери, – на этот раз действительно серьёзно заявила Наруга. – А мне не трудно относиться к этой белиберде с уважением. Этому меня научили на Азимаре, где я жила среди мусульман.
– Уходить путём служения, – сдерживая улыбку, процитировал Анабер. – Держу пари, так Ари называют свой фирменный ступор с бредом.
– Так точно, капитан.
– Акери бы так на службу в народ ходила, как в себя опрокидывается, – прокомментировала Ракна. – Через год бы в Совете любой лиги заседала. На выбор.
Они поболтали о религии. Потом о всякой чепухе. И, наконец, дождались появления на берегу двух звероящеров, из породы стабильных, адекватно растущих. Кстати, эти рептилии более всех прочих монстров планеты походили на того, чьё имя носили.
Крокодилы медленно ползли по берегу, флегматично перебирая шестью лапами, хотя, вообще-то, бегали довольно резво. Эти подлодки разве что не орали в голос: оседлайте нас беззащитных! И беглецы не пренебрегли их услугами, накинувшись на бедных тварей и синхронно развоплотившись. Крокодилы послушно сползли в воду и всё так же вяло поплыли к другому берегу.
– Кажется, наша фея перестаралась, – придирчиво резюмировала Ракна. – Как бы они не потонули, заснув на полдороге. А как мы переберёмся? Наших мандаринок в реке не пожуют?
– Не пожуют, – пообещал Анабер, утаскивая их вниз по склону. – Я один фокус знаю.
Этим своим фокусом капитан приложил офонаревшего Нара, как дубиной по блину. Удручённый мандарин никак не мог поверить в жуткие страсти: переехать через реку на загривке медведя! У того шкура и так сродни ультракевлару – самые крутые клыки вязнут. А стоит медведю раздуться, его можно в космос запускать без скафандра. Берры утверждали, что единственный способ завалить этих титанов местной фауны, добраться до ушей или глазниц. У бубновых это иногда получается, а остальным слабо. Супер надёжные машины.
Первой на нечеловеческий эксперимент отважилась Дубль-Ра. Шашни Ракны с Ойбером наложили свой отпечаток на взаимоотношения их машин. Неравного брака, понятно, там и теоретически не дождаться, однако мандаринка прониклась доверием к Дубль-О. Сдувшись до размеров своего пилота, Дубль-Ра осторожно вскарабкалась на спину присевшего медведя. Легла на пузо, раскинув ноги и плаксиво закудахтала. Ракна, сидя в кабине, разливалась слащавыми трелями, заваливая машину грудами комплиментов. Дубль-О поднялся и очень деликатно начал прибавлять в весе. В конце процедуры мандаринка напоминала древесный гриб, присосавшийся к могучему стволу.