И снова, месяц спустя, в начале декабря: «По дороге в Ковно повторяются сцены, пережитые уже нами на Березине. Фуры с императорским имуществом, часть которого составляло золото, не смогли въехать на крутую гору и были брошены на произвол судьбы. При их разграблении кое-кто был убит прикладом или штыком… То и дело раздается такой знакомый крик: «Les Cosaque!» И все бросаются врассыпную. Начинается паническое бегство».
На этом кончается дневник офицера наполеоновской армии.
Много таких дневников, воспоминаний очевидцев, писем, написанных позднее военных мемуаров, сохранилось до наших дней. В них мы находим сообщения о разграблении Москвы и о вывозе императором кремлевских сокровищ. Однако нигде нет сведений о том, что произошло с этими сокровищами при отступлении французов из России. Несомненно, лишь одно: в свое время их напрасно ожидали в Париже. Туда они так и не дошли. Но и царь ничего не получил обратно. Куда же девались ценности, похищенные Наполеоном Бонапартом? Императорские фуры, попавшие на своем пути в Ковно под артиллерийский обстрел и разграбленные отступавшими солдатами, содержали лишь небольшое количество захваченных сокровищ. Некоторые очевидцы утверждали, что на последнем привале, в Вильно, видели часть похищенных кремлевских сокровищ. Возможно, они зарыты в подземельях Университета или церкви св. Яна? Или, как показал один французский военнопленный, потоплены в реке за Троицкими воротами? Не раз предпринимались попытки найти пропавшие сокровища, но все они кончались безуспешно.
Историки также включились в поиски, проверили все версии. Тщетно. В конце концов, осталась одна-единственная надежда: среди крестьян из уст в уста передавалась легенда, если верить которой в Стоячем озере, маленьком озерке под Вязьмой, французы вскоре после своего бегства из сожженной Москвы потопили какой-то клад. В 1961 году, захватив с собой подводное снаряжение и различные измерительные инструменты, в Вязьму отправились молодые советские историки, для которых было важно установить связь событий и пополнить новыми материалами историю Отечественной войны 1812 года. В том же году при содействии нескольких научно-исследовательских институтов был разработан план изыскательских работ. Максимальная глубина озера двадцать один метр, кроме того, на дне озера имеется слой ила толщиной пятнадцать метров, а у берегов – слой торфа толщиной до четырех метров. В таких условиях могло помочь только бурение. Пробурили 350 отверстий, и в нескольких местах натолкнулись на сопротивление твердых предметов. Электротехнические исследования показали, что это металлические предметы. Молодые геохимики обнаружили в них значительное количество серебра.
Теперь советские ученые больше чем когда-либо надеются, что они напали на след «тайны Наполеона» и похищенных им московских сокровищ.
Зловещее озеро
На севере Штирии вблизи Бад-Аусзее, окруженное отвесными скалами, лежит глубоко в горах озеро, которое не часто посещают туристы, – озеро Топлиц. Необходимость преодолеть три высокогорных перевала и слухи, что со времен войны в этих местах творится что-то неладное, удерживали многих туристов от соблазна хоть ненадолго завернуть в Альт-Аусзее.
Сюда влекло посетителей иного рода.
Летом 1950 года здесь появились трое французов в беретах набекрень. На ломаном немецком языке они попросили номер в отеле. Затем они отправились в полицейский участок, где предъявили письмо. В нем говорилось, что податели сего, парижские ученые, изучают флору и фауну альпийских озер. Они будут погружаться в озеро и, возможно, увезут с собой образцы горных пород. Просьба к полиции – оказать ученым поддержку в их научной работе. Подпись: командир корпуса Инсбрука.
Австрийская полиция услужливо предоставила озеро в полное распоряжение иностранцев. Им было разрешено производить погружения в течение восьми дней. Поиски увенчались успехом: четыре тяжелых ящика погрузили французы в свою машину. Вечером накануне отъезда они отпраздновали свою удачу, потребовав на ужин все лучшее, что имелось в отеле. На следующее утро они расплатились новыми франками, щедро роздали чаевые и скрылись на своем автомобиле. Только их и видели!
Когда владелец отеля пришел в банк обменять французские деньги, его ожидал неприятный сюрприз. Деньги были фальшивыми. Командование воинских частей в Инсбруке понятия не имело, ни о каком рекомендательном письме.
Вскоре в полицию явилась горничная отеля. Она слышала сквозь замочную скважину, как трое французов говорили между собой на чистейшем гамбургском диалекте.
Кто же они такие? Обыкновенные аферисты, одурачившие всех?
Однако последующие события показали, что дело обстоит гораздо серьезнее. Ибо в ящиках были не пробы горных пород, а золото, фальшивые деньги и, главное, – документы, которые были для ловких пройдох дороже золота.
Местные жители еще хорошо помнят, как в конце войны в этом городке – временной столице распадающейся «Третьей империи» – собралась нацистская верхушка. Здесь, в Альпах, Гитлер приказал построить крепость, оплот войск СС; оттуда поступали указания продолжать гибельную войну даже ценой полного уничтожения немецкого народа.
В отеле, расположенном в парке, жили такие нацистские убийцы, как Эйхман и Кальтенбруннер. Сюда стекались, и не с пустыми руками (!), министры, генералы, тайные агенты. Они привозили с собой крупные золотые слитки – сплав из золотых украшений и золотых зубов миллионов евреев, уничтоженных в газовых камерах. В ящиках были упакованы картины, драгоценности, дароносицы и священная утварь церквей и монастырей всех стран Европы; «Хорватские сокровища» и «Татарские сокровища», награбленные так называемой власовской армией.
Непрерывно двигались колонны автомашин, нагруженных стальными ящиками с пачками фальшивых американских долларов и английских фунтов, изготовленных зондеркомандой концлагеря. Подъезжали все новые автоколонны и подвозили документы Главного управления имперской безопасности, досье, списки агентов – всю канцелярию постыдных дел «Третьего рейха». Куда же деть все это?
Уже в октябре 1944 года, когда стало ясно, что близок час гибели нацистского рейха, в Страсбурге состоялось тайное совещание. На нем приняли решение очистить сейфы Рейхсбанка и содержимое их, включая валютный фонд, золотой запас, художественные ценности, награбленные в оккупированных странах, поделить и передать избранным доверенным лицам, чтобы впоследствии, после проигранной войны, использовать в борьбе за создание нового, «Четвертого рейха». Ценности было решено по возможности переправить в нейтральные страны.
Выполнение операции взял на себя Кальтенбруннер и осуществил ее здесь, в районе Бад-Аусзее. В горном озере Штирии был приведен в исполнение план, разработанный в Страсбурге. Были составлены списки доверенных лиц и поделенных между ними ценностей. Документы упаковали в ящики и опустили на дно озера Топлиц, глубина которого составляет сто двадцать метров. Этому альпийскому озеру суждено было стать тайником гестапо.
Это было проделано за несколько дней. А затем все они – крупные военные, видные нацистские деятели – разъехались вместе со своими штабами и автоколоннами кто куда.
Лишь несколько солдат секретной военно-морской береговой охраны знали об этих ящиках.
О том же, что было внутри ящиков, они, очевидно, не знали. Когда пришли американцы, в Аусзее не было ни одного человека, который бы мог сообщить о происшедшем. И все-таки с тех пор здесь все чаще начали появляться загадочные незнакомцы, которые чего-то искали, но находили только смерть.
Уже в феврале 1946 года сюда прибыли два инженера из Линца в обществе никому не известного человека. Они разбили палатку на берегу озера, а через несколько дней инженеров нашли с распоротыми животами и выпущенными кишками. Неизвестный исчез. Может быть, он искал проглоченные план или схему? Позднее выяснилось, что убитые принадлежали к небольшой группе посвященных в тайну солдат береговой охраны.