То, что муж уснул в кабинете, немного смутило. Татьяна накрыла его одеялом, надеясь, что Виктор часа через два вновь проснется и поговорит с ней, расскажет всю правду. Она поняла, что муж скрыл что-то важное, чтобы ее не тревожить.
Они жили вместе семь лет, и Витюша всегда с ней делился своими проблемами. Таня была в курсе всех его дел. Она очень любила его и жалела пока об одном: что у них нет детей. Правда, месяца два назад Тане вдруг стало казаться, что эта беда ушла в прошлое, и у нее есть надежда. Однако она не сказала Витюше, боясь, обмануться. Татьяна считала: у них было все, о чем может мечтать человек. Почему же сейчас, без конкретного повода, Таня встревожилась?
-2-
Виктор проспал до утра, а потом, как обычно, ушел на работу. Татьяна, прибравшись в квартире, сходила на рынок, вернулась, сварила борщ. Быстро почистив картошку, поставила на плиту... Покупной фарш для котлет был неплох. Вбив в него два яйца и добавив размоченный хлеб, Таня стала размешивать вязкую массу, когда услыхала звонок в дверь.
— Нашли время! — фыркнула Таня. — Хотела бы я знать, кого это там принесло!
Таня понимала, что это не муж. Виктор придет обедать попозже, минут через сорок, когда она кончит готовить. Подруги Татьяны, которых она находила легко в любом городе, все на работе.
— Наверное, почта, — решила она. — Заказное письмо для Витюши.
-3-
Открыв дверь, Татьяна решила, что женщина просто ошиблась, пришла не туда. Таня в первый раз видела эту незваную гостью в простеньком пуховике и черной вязаной шапочке. Сзади ее можно было принять за подростка, однако лицо говорило, что ей, незнакомке, за тридцать.
На короткий момент незваная гостья показалась Татьяне куда старше, чем была. То ли тень неудачно легла на лицо, то ли лампочка резко мигнула, состарив ее, но Татьяне вдруг померещилось, что она видит морщинки в уголках губ и «гусиные лапки» у глаз. Потом этот эффект исчез.
— Громов Виктор Сергеевич здесь живет? — спросила женщина, умоляюще глядя на Таню, как будто боялась, что та ее сразу прогонит, не дав открыть рот.
— Конечно, — ответила Таня, — но только его сейчас нет. Он в театре.
— Вы мне разрешите его подождать? Я должна его видеть...
Сказав это, женщина сжалась, как будто боясь, что Татьяна немедленно схватит какой-нибудь крупный предмет и запустит ей в голову.
Таню смутила такая реакция, она не понимала страх гостьи. Чего опасалась пришедшая? Что Таня вдруг возомнит, что к ней в дом заявилась любовница Виктора? В вязаной шапочке, нелепо сползшей на брови? Без макияжа и маникюра? Забыв надушиться? Витюша — эстет, эта женщина не в его вкусе.
— Войдите, — сказала Татьяна, слегка отступив от двери.
— Вы, наверное, Таня, его жена? — осторожно спросила вошедшая.
— Да.
— А я Ольга. Оля Свиридова.
Таня не поняла, что имела в виду незнакомка: хотела представиться или ждала, что Татьяна должна вспомнить имя?
— Вы кто? — в лоб спросила Татьяна, почувствовав вдруг раздражение.
Красно-кирпичные пятна, которые проступили на бледных щеках Ольги, дрожь в ее голосе и совершенно затравленный взгляд наводили на мысль о каких-то не слишком приятных вещах. Почему эта Ольга боится ее? Что ей нужно от Виктора?
— Я... Я певица. Ортруда.
Ответ объяснил Тане все. Виктор все же нашел для Агнессы замену. Где? Бог его знает! Наверное, он не уверен, что сможет легко отстоять протеже, потому и волнуется. А Ольга раньше не пела в порядочной опере и очень сильно смущается. Или Виктор назначил ей встречу, желая прослушать еще раз, и только потом говорить о работе? Достаточно странно, что он ничего не сказал ей заранее. Но, может, муж приболел? Вчера Витя и впрямь странно вел себя.
— Раздевайтесь и проходите в его кабинет, — улыбнулась Татьяна. — Пока посмотрите клавиры, а я закончу с обедом. Надеюсь, что Виктор придет уже скоро.
-4-
Татьяна успела дожарить котлеты и сделать пюре, прежде чем пришел Виктор.
— Она тебя ждет, — сообщила жена, запирая дверь.
— Кто — она? — удивленно спросил Виктор, не понимая, о ком говорит Таня.
— Ольга, певица.
— Какая певица?
— Ортруда в твоем «Лэнгрине».
— Вот черт! — ошалело сказал Виктор. — В первый раз слышу!
— Да? — Таня вновь ощутила тревогу. — И что теперь делать?
— Я встречусь с ней. Может быть, это одна из тех меццо-сопрано, которые были в декрете?
— Надеюсь.
-5-
— Послушайте, Ольга, вы хоть понимаете, что вы несете?! — Виктор старался держаться спокойно, однако не мог с собой сладить. — Вы сами сказали, что Вы не певица, а самый простой лаборант. Вы не закончили даже обычной муз. школы, и вы НИ РАЗУ не пели со сцены! Ведь так?