— Так, — покорно ответила Ольга, крутя ремень сумки.
— И, выдав все это, вы мне заявляете, что вы решили спеть три главных партии меццо-сопрано? Я правильно понял? Амнерис в «Аиде» несчастного Верди, Ортруду из «Лоэнгрина» Рихарда Вагнера, да еще Любашу из «Царской невесты» нашего Римского... Может, мне это послышалось?!
— Нет, — покрываясь багровыми пятнами, тихо ответила Ольга.
— Тогда почему не Кармен? И вообще, может, лучше давайте уж сразу Ивана Сусанина, а? Мефистофеля? Дона Базилио? (1) Будет пикантно!
— Но мне нужны только три роли: Амнерис, Ортруда, Любаша. И именно в этом порядке. Я буду их петь. Я должна! — хрипло ответила Ольга.
— Вы хоть знаете нотную грамоту?
— Это не важно.
— Прекрасно! Считайте, что я оценил вашу веру в себя и настойчивость. Но здесь не клуб, здесь мой дом. Я не звал вас к себе, я зашел пообедать, а вы мне мешаете, Ольга. Идите в народный хор или в эстрадный ансамбль при Доме Культуры, там вам будут рады.
— Послушайте...
— Нет! Я прошу вас уйти по-хорошему или...
Шагнув к двери, Громов уже собирался ее распахнуть, когда Ольга, поднявшись со стула и резко швырнув сумку на пол, запела:
L΄abborrita rivale a me sfuggia…
Dai sacerdoti Radamès attende
Dei traditor la pena. — Traditore
Egli non è…(2)
Две вступительных фразы 4 акта «Аиды», и Виктор застыл.
— Итальянский?! Где? Здесь?! В городке, где никто из солистов не знает оригинального текста? — огнем опалило мозг.
Pur rivelò di Guerra
L΄alto segreto… egli fuggir volea…
Con lei fuggire… Traditori tutti!
A morte! A morte!... Oh! Сhe mai parlo? Io l΄amo…(3)
— Боже мой... — прошептал Громов, чувствуя, как сердце падает в темную бездну и как начинают дрожать руки. — Этого просто не может быть...
Io l`amo sempre… Disperato, insano
Ẻ questo amor che la mia vita struggle
Oh! s΄ei potesse amarmil…(4)
Голос лился легко и свободно, чаруя и гипнотизируя:
Vorrei salvarlo… E come?
Si tenti!... Guardie: Radamès qui venda. (5)
Тембр? Диапазон? Школа? Техника? Этот привычный набор слов казался полнейшей бессмыслицей. Виктор не смог бы сказать, как она берет ту или другую конкретную ноту, как распределяет дыхание... Это было не важно! Он просто хотел ее слушать, забыв обо всем:
Gia I sacerdoti adunansi
Arbitri del tuo fato;
Pur della accusaorribile
Scolparti ancor ti è dato; (6)
Не Амнерис, надменная дочь фараона, сейчас признавалась в своей безоглядной любви, а Мечта, о которой он стал забывать, обращалась к нему, воплощая в конкретные фразы то, о чем Виктор просто не смел говорить:
Пусть бездарность исчезнет со сцены!
Не бойся, тебя не осудят за это, не произнесут приговор.
Гений ты или нет?
Ты способен открыть людям то, о чем они не знают...
Пусть сгинет невежество!
Я с тобой рядом, я буду любить твой талант,
Если ты сможешь так же любить мой волшебный дар...
Ti scolpa, e la tua grazia
Io pregherò dal trono,
E nunzia di perdono,
Di vita, a te sarò. (7)
В день премьеры, когда журналисты придут оценить твой спектакль,
никто не посмеет тебя упрекнуть в том, что это обычное зрелище.
Благодаря мне... Одной только мне!
-6-
Ольга умолкла, и Громов без сил опустился на стул.
— Потрясающе, — только и смог сказать он.
— Вам понравилось? — робко спросила у Виктора Ольга.
— Да. Можно вас попросить спеть всю партию, Оля?
Она побледнела и странно дернула шеей, как будто хотела сказать ему: «Нет», но покорно шагнула к роялю. Забыв про обед, Виктор аккомпанировал и подавал музыкальные реплики. Когда Татьяна, волнуясь, что муж опоздает, вошла в кабинет, Виктор не сразу понял, в чем дело.
— Скажите, Ортруду вы знаете так, как Амнерис? — спросил он у Ольги. — Вы сможете сразу же выйти в прогон?
Взгляд Ольги был полон страха, однако она очень твердо ответила: «Да.»
— Значит, сделаем так, — говорил Виктор. — Я приглашу в зал директора Оперы, а вы споете ему знаменитый призыв.
— «Entweihte Götter! Helft jetzt meiner Rache!»? (8)
— На немецком?! Ну, Оля, вы просто меня восхищаете. Потом вы попробуете поработать на сцене. Я понимаю, что вы не представляете...
— Я справлюсь.
— Верю вам на слово!
Продолжение следует.
Примечания:
1. Кармен — цыганка, героиня одноименной оперы Ж. Бизе. Изначально партия писалась для сопрано. Но, в силу традиций, чаще всего Кармен исполняет меццо-сопрано.
Иван Сусанин — герой одноименной оперы И. Глинки. Бас.
Мефистофель – герой оперы Ш. Гуно «Фауст». Бас.