О преуспевающая община! Воистину, она процветала. И в 379 г. н. э. парь Бхаскара Рави Барман I пожаловал Иосифу Раббану небольшую вотчину— деревню Анджуваннам около Кранганора. Медная табличка с выгравированным указом о дарении в конце концов оказалась в синагоге, во владении Флори… Ее взгляд все еще был далеко в прошлом, цепляясь за еврейские кешью и арековые орешки и хлебные деревья, за колышущиеся поля еврейского масличного рапса, сбор еврейского кардамона — ведь разве не в этом был залог процветания еврейской общины?
Иммунитетная грамота на медных пластинках, выданная Иосифу Раббану, предполагаемому лидеру кочинской еврейской общины, закрепляла за ним наследственное право на сбор налогов. Она действительно существует, но, по последним данным ученых, никак не может датироваться ранее чем X–XI вв.
80 % всех индийских евреев — бене-Израиль. Они получили в Индии и другое название — «шанвар тели», т. е. «субботние маслобойщики», поскольку, вписавшись в индийскую кастовую систему, заняли в ней отдельную профессиональную нишу и сохранили субботу в качестве дня отдыха. Похоже, никто их особенно не притеснял, так как в масле нуждались как индусские, так и мусульманские правители, и евреи, чьи священные книги погибли во время кораблекрушения, постепенно утрачивали свою идентификацию, вступали в брачные союзы с местными жителями, перенимали их одежду, если не имена, то фамилии и даже в какой-то степени религиозную обрядность.
Так было, пока в тех краях несколько веков назад не появился некто Давид Рахаби, пришедший откуда-то из Аравии. Давид то ли знал от кого-то о не совсем обычных индийцах и посчитал своим религиозным долгом вернуть их в тенёта иудаизма, то ли обнаружил их после своего прибытия и, узнав о том, что они соблюдают субботу и практику обрезания и имянаречения на восьмой день после рождения, стал к ним приглядываться. Легенды повествуют о том, как Давид устроил что-то вроде испытания, чтобы проверить истинность и чистоту тамошних евреев: однажды он отправился на базар и накупил там разной рыбы. Хозяйка дома была весьма удивлена, увидев среди принесенного Давидом и то, на что наложен традиционный запрет, но молча выбрала рыбу с плавниками и чешуей и приготовила так, что развеяла последние сомнения Давида. Давид принялся за дело: стал распространять священные книги, учить ивриту и строить синагоги (среди каких евреев проповедовал Давид — сказать трудно, но первая в Индии синагога была построена в Кочине кочинскими евреями в 1568 г. и ее до сих пор называют «Тадж Махалом индийских евреев» — Тадж Махал здесь употребляется как метафора архитектурного совершенства). Евреи стали отращивать пейсы и замыкаться в рамках своей общины, появилось деление на «черных» и «белых». «Черными» считали потомков смешанных браков, низших по сравнению с «белыми»; «черные» и «белые», как классические индусские касты, не садились за совместную трапезу и «не обменивались дочерьми», т. е. не вступали в матримониальные отношения.
Но Абрахам был весь в любви и, чувствуя, что его возлюбленная подвергается нападкам, раздраженно обронил, что, «во-первых, если ты посмотришь на веши непредвзято, то увидишь, что и сама ты прибежала не самой первой», подразумевая, что черные евреи прибыли в Индию задолго до белых, спасаясь бегством из Иерусалима от полчищ Навуходоносора еще за 587 лет до нашей эры, и если она (Флори Загойби. — И. Г.) не принимает их во внимание, потому что они перемешались с местными и давным-давно растворились, то были, например, и евреи, которые пришли из Вавилонии и Персии в 490–518 гг. н. э.; и немало веков пролетело до того момента, когда евреи открыли свою лавку в Кранганоре и потом в городе Кочине (некий Иосиф Азаар и его семья, как всем известно, перебрались туда в 1344 г.), и даже из Испании евреи начали прибывать только после их изгнания оттуда в 1492 г., и в числе первых — семья Соломона Кастильи…
Евреи мигрировали в Индию в разное время и разными путями. Соломон Кастилья, муж Флори, позднее бросивший ее и бежавший с португальскими моряками, сама Флори (ее предки, по Рушди, переселились в Индию в 1542 г.) и их сын Абрахам, все-таки женившийся на христианке Авроре (наследнице португальских торговцев специями) и ставший впоследствии отцом Мавра, главного персонажа «Про-шального вздоха Мавра», — потомки сефардов — евреев из Испании. И уж никак нельзя обойти молчанием «багдадских евреев», двинувшихся в Индию в 30-е годы XIX в., проживших там исторически недолго и оставивших на ее земле монументально-неизгладимый след.
Предки Давида Сассуна (1792–1864) между XII и XV вв. жили в Испании, и кто-то из них даже возглавлял еврейскую общину Толедо. И когда одна волна испанских евреев двинулась более или менее прямым путем в Индию, предки Давида Сассуна мигрировали в Багдад, тогда входивший в состав Османской империи. Семья Сассунов пользовалась большим уважением, ее члены занимали высокие финансовые посты (вплоть до государственного казначея) у турецких пашей, отец Давида был официальным лидером евреев Месопотамии. Процветал и Давид, но все-таки, не чувствуя себя в полной безопасности от то и дело возобновлявшихся гонений, перебрался сначала в Персию, а оттуда (в 1832 г.) в Бомбей. Давид Сассун занялся торговлей с Месопотамией, Персией, Китаем и Японией. Закрепляя связи с Англией, отправил в Лондон своего третьего сына, тоже Давида, вскоре открывшего филиалы фирмы в Манчестере и Ливерпуле. Давид-отец меценатствовал — строил синагоги и школы для еврейских детей, библиотеки и больницы. 150 лет бесперебойно функционирует библиотека Давида Сассуна в Бомбее. В Пуне расположена больница Давида Сассуна — одна из крупнейших индийских государственных больниц, прославившаяся авангардными исследованиями в разных областях медицины и виртуозным мастерством ведущих специалистов. И величественную пунскую синагогу, чей силуэт постоянно отвлекал мое внимание от докладов международной конференции, также построил Давид Сассун: в ее аккуратно-пустынном дворе и покоится прах неутомимого багдадского еврея Давида Сассуна, умершего в Пуне от лихорадки в 1864 г.
Все это поведал мне «брат» Идор, сопровождавший меня во время осмотра синагоги. Идор предварительно позвонил Давиду Соломону, смотрителю синагоги, и попросил разрешение на посещение в неурочное время — она теперь бывает открыта только по субботам, в дни календарных праздников и традиционных ритуалов. Давид Соломон — бене-Израиль, и когда-то присутствие его предков не приветствовалось в синагоге багдадских евреев, считавших тех неровней, но теперь, когда в самой Пуне багдадских евреев не осталось вовсе (только в Бомбее — шесть семейств), а количество бене-Израиль сократилось до 60 домов (около 300 человек), Давид Соломон по просьбе потомков семейства Сассунов, раскиданного по всему свету, принял на себя функции смотрителя синагоги на общественных началах (сам он работает в конструкторском бюро). Соломон с гордостью показал мне недавно установленный компьютер (подарок какой-то зарубежной еврейской общины) и рассказал, что ребятишки учат с его помощью иврит, что уже установили модем и синагога оказалась первым в Индии религиозным учреждением, получившим выход в Интернет.
Старший сын Давида Сассуна — сэр Альберт Абдулла Давид Сассун (1818–1896) — ни талантом, ни предприимчивостью, ни филантропическими наклонностями не уступал отцу. Унаследовав огромную империю, он не только приумножил ее богатство и влияние, но и внес принципиальной важности вклады в три области: во-первых, основал в Индии банковское дело в его современном понимании, и один из самых влиятельных современных индийских банков — Банк Индии — его детище; во-вторых, заложил основы современной текстильной промышленности, построив десятки фабрик по производству хлопчатобумажных и шелковых тканей; в-третьих, придал Бомбею то своеобразие, которое делает его уникальным индийским городом, — благодаря спонсорству сэра Альберта в Бомбее были сооружены десятки неординарных зданий, установлены (естественно, сохранившиеся до сих пор) памятники членам британской королевской семьи. Вершиной его коммерческого и индустриального гения стало строительство в бомбейской гавани первых на западном побережье Индии мокрых (плавучих) доков, раскинувшихся на гигантской площади и, безусловно, впоследствии определивших и закрепивших промышленно-торговое лидерство Бомбея. А в связи с визитом в Бомбей герцога Эдинбургского сэр Альберт подарил городу орган. Кстати, триумфальная арка «Ворота Индии» (через которую впоследствии, в 1947 г., торжественно прошли последние английские солдаты, покидавшие ставшую независимой Индию) — сооружение, начатое позднее в честь официального визита в Индию короля Георга V и королевы Мэри и превратившееся в полноценный символ Бомбея, было завершено благодаря спонсорским пожертвованиям еврейской общины Бомбея. В 1868 г. в знак признания заслуг Альберт, сын Давида, был удостоен титула рыцаря, в 1879 г. одна из ведущих английских газет назвала его «индийским Ротшильдом», а в 1890 г. ему присвоили титул баронета.