Само собой разумеется, что данная работа — только первый шаг по намеченному пути. Более того, выяснение и решение интересующих нас вопросов окажется возможным только тогда, когда более полные и систематические раскопки данного района дадут нам и более показательный материал. Но едва ли было бы правильно откладывать какие бы то ни было обобщения по затронутым вопросам до того, как будут проведены эти раскопки: подведение итогов тому, что мы знаем на основании уже проделанных расследований, даст нам возможность поставить хоть первые вехи и вместе с тем наметить и ближайшие задачи предстоящих расследований.
В этом смысле следует понимать и стоящую передо мной задачу, о которой я говорила в первых словах моей статьи. Мы видели, что посвященные области Елисаветовского городища публикации не дали чего-либо определенного и общепризнанного для определения характера данного поселения; да, в сущности, авторы их и не делали попыток выяснить на основании результатов исследований все специфические черты поселения, ограничиваясь высказываниями о его соответствии или несоответствии древнему Танаису. В результате этого археологи до сих пор не могут столковаться между собой по вопросу о Елисаветовском городище. И поскольку эта неясность, эти разногласия зависят не только от того, что городище мало расследовано, но в значительной мере и от того, что даже и производившиеся расследования слишком мало известны широким кругам археологов, мы и должны постараться устранить эту причину недоразумений.
Для выполнения той части задачи, которая лежит на мне, я и считаю нужным дать, прежде всего, возможно более полный обзор всех находок 1928 г. с привлечением, конечно, также и материала предшествующих годов и затем попытаться наметить, что дает этот материал для выяснения характера городища.
Еще два слова по вопросу о соответствии Елисаветовского городища древнему Танаису. Вопрос этот будет, конечно, интересовать и нас, поскольку Танаис играет роль действующего фактора в протекающем в данной области процессе изменения ранее сложившегося здесь общественного строя — процессе разложения родового строя и превращения общества доклассового в классовое. Но тот или иной ответ на этот вопрос ни в коем случае не будет иметь для нас настолько решающего значения, как это было для Стемпковского и Леонтьева. Мы не оцениваем, как Леонтьев, различные поселения с точки зрения «археологической добычи». В поставленной нами задаче любой местный рыболовный поселок заслуживает ничуть не меньшего внимания, чем богатый торговый город: два таких поселения освещают разные стороны изучаемого нами явления, которое должно быть охвачено все целиком.
Перехожу к рассмотрению находок, сделанных во время работ 1928 г. Материал, подлежащий нашему рассмотрению, был в главной своей части извлечен из раскопов, проведенных в различных местах площади Елисаветовского городища. Всего было проведено шесть раскопов, все по одной линии, пересекающей городище с севера на юг, начиная с примыкающего к нему с севера старого протока Дона и кончая пространством между внутренней и внешней оградой в южной части (см. рис. 27). Порядок этих раскопов в направлении с севера на юг: IV, II, I, III, V, VI.
Рис. 27. План городища у станицы Елисаветовской.
(Замеченные погрешности. На плане северная часть внешней ограды городища должна идти не по берегу протока, а от крайних восточной и западной ее точек по направлению к С.-З. и С.-В. углам внутренней ограды.)
В связи с задачей, стоящей перед нами, оба южных раскопа (V и VI) не имеют значения: материал, извлеченный из них, был и очень немногочислен, и маловыразителен. Но раскопы I, II, III и IV содержали значительное количество находок, дающих вполне определенное представление о времени существования поселения и характерных его чертах. При исследовании этих находок особое значение имели для меня раскопы I и IV, содержавшие правильные, неперекопанные слои, что дало мне возможность сделать некоторые наблюдения об изменениях, происходящих в материале за время существования городища; особенно важный материал дал в этом отношении раскоп I. Приведу краткое описание всех раскопов.
Раскоп I. Расследование велось на участке неправильной, формы, размером 6×4 м; до лёсса, не содержащего находок, был раскопан четырехугольник площадью в 5×4 м. Общая толщина культурного слоя колеблется на этом участке между 2,51 м и 2,90 м; он заключал три следующих слоя:
I (нижний). Толщина 0,60-0,95 м. В основе песок с примесью глины и изредка золы; слой желтовато-серого цвета, плотный, однородный, без признаков слоистой стратификации.
II. Толщина до 0,80 м. Мешаный слой, рыхлый, легкий, сухой, пепельно-серого цвета, с резко выраженной слоистой стратификацией. В основе зола, перемешанная с камешками и черепками; в средней части слоя примесь желтоватого суглинка; в нижнем горизонте выделяется особая зольная прослойка, состоящая из золы с кусочками угля. Местами слой имеет розовый оттенок от примеси горелого песка.
III. Толщина 1,22-1,80 м. Аморфный почвенный слой темного, буровато-серого цвета с значительным содержанием мелких камней и обломков керамики; местами зола; встречаются полуистлевшие корни растений.
Из трех перечисленных слоев слои I и III прошли через весь раскоп в виде ясно выраженных и мощных отложений; слой II, более толстый в восточной части раскопа, к западу становился все тоньше и тоньше и наконец исчез совсем: на западной стенке раскопа слой III лежит непосредственно на слое I. Исследование многочисленных находок, сделанных в слоях I и III, свидетельствует о том, что эти слои соответствуют двум разновременным отрезкам времени: слой II заключал в себе материал промежуточной эпохи. Подробнее мы ознакомимся с этим при рассмотрении сделанных в раскопе I находок.
Раскоп IV. Второй раскоп, также сохранивший правильные, соответствующие определенным отрезкам времени слои, — раскоп IV, у старого протока. Раскопка велась на площади 6×4 м; общая толщина культурного слоя около 1,50 м, на глубине 1,57 м (от пикета 47) — уровень стояния воды. Привожу описание слоев.
I (нижний). Песок, разделяющийся на несколько горизонтов; волнистая стратификация. Верхний горизонт песка окрашен в серый цвет и имеет характер нижнего почвенного яруса. Песок не имеет глинистой примеси, слегка цементирован. Нижний ярус песка более светлый, не содержит находок. Неизменный уровень водоносного слоя во время раскопов.