…Я на протяжении своей работы в такси встречал немало суеверных пассажиров, хотя большинство из них по внешности были культурными людьми.
Есть пассажиры, которые хмурятся, когда их спросишь: куда ехать? Слово «куда» считается дурным, «значит, пути не будет». Или: перебежала дорогу черная кошка — многие начинают охать и ахать. Бывали случаи, когда, не доехав до места назначения, люди рассчитывались и выходили из машины, веря в свои приметы.
Все разные, разные люди
Летом в Москве состоялось международное экономическое совещание. В столицу приехали торговые представители социалистических стран, коммерсанты из капиталистических государств.
За несколько дней до начала совещания в первый таксомоторный парк поступило тридцать автомобилей Горьковского автозавода. Из них была организована спецколонна. В нее отобрали водителей со стажем, более культурных и развитых. В числе их оказался и я. Нам доверили обслуживание экономического совещания. Забегу вперед и скажу, что задание было выполнено с честью.
Иностранные гости разместились в трех гостиницах: «Националь», «Москва» и «Советская». Совещание происходило в Доме союзов. Коммерсанты, проживающие в «Национале» и «Москве», приходили, понятно, на совещание в сопровождении своих переводчиков, а тех, которые жили в гостинице «Советская», мы доставляли в Дом союзов на автомашинах.
Международное экономическое совещание вызвало огромный интерес у москвичей. У подъездов Дома союзов всегда были толпы любопытных. Люди буквально липли к стеклам наших автомобилей. Я слышал фразы, которые бросали москвичи иностранцам:
— Шире торговлю между всеми странами!
— Слышите, мы войны не хотим!
Тут же разгорались жаркие споры. Одни говорили, что такую массу иностранцев не надо было пускать в Москву, так как половина из них шпионы. Другие доказывали, что давно пора развивать торговлю, общаться со всем миром, что это пойдет только на пользу нашей стране.
После международного экономического совещания наша спецколонна обслуживала многие конференции и совещания, съезды партии, сессии Верховного Совета СССР.
Могу смело сказать, что я перевозил людей всех пяти континентов земного шара.
…Тысячи и тысячи людей прошли перед моими глазами. Разные люди, но все они наши, советские, хорошие. В поездках с ними по Москве где только за день не побываешь — и в солнечной Грузии, и на Дальнем Востоке, и в Сибири, и в Закарпатье, каких только не наслушаешься историй и умопомрачительных рассказов.
И как таким прекрасным, добрым людям не ответить лаской и вниманием. Вот вчера посадил я на площади Ногина инженера. Летит в Сибирь. Я его везу в Быково. Подъезжаю к аэродрому, пассажир достает билет на самолет, читает и бледнеет. «Перепутал, — шепчет. — Мне ведь надо было ехать во Внуково».
Что тут будешь делать? До отлета самолета остается времени в обрез — полтора часа.
— Выручайте, товарищ, — говорит пассажир. — Доставьте к сроку.
Едем. А пассажир что-то ерзает на кресле, нервничает.
— Что с вами, товарищ? — спрашиваю.
— Понимаете, у меня не хватит денег с вами рассчитаться. Не можете ли вы мне поверить, вот вам в залог мой паспорт. Я как только прилечу домой — сразу же вам вышлю.
— Ладно, — говорю, — успокойтесь. Верю вам на слово. Не нужен мне ваш паспорт.
Привез я пассажира вовремя. Уж как он меня благодарил! Улетел. А через два дня я получил от него перевод и глубокую благодарность.
Или вот еще один случай. Посадил я у Казанского вокзала молодую чету с выводком детишек — четверо мал мала меньше. Пока ехали по городу, ребята были в восторге. Не меньше их, пожалуй, были растроганы и сами родители. Приехали мы на Киевский вокзал. Чета Головкиных — я узнал фамилию из разговора детей — расплатилась со мной и высадилась. Я решил пообедать и поехал к ближайшей столовой. Остановился, стал запирать двери, гляжу — на заднем сиденье дамская сумочка оставлена. Открыл ее — документы, деньги и железнодорожные билеты. Это все Головкины забыли. «Вот тебе и на, — думаю, — схватились Головкины и стоят нервничают». Скорее к Киевскому. Еду. А тем временем, оказывается, Головкин обратился к милиционеру и нашему диспетчеру. Номера машины он, конечно, не помнил. Но и диспетчер и милиционер успокаивали их.