Должно быть, у меня в этот момент был очень свирепый вид, потому что они послушно выскочили из машины. Я захлопнул дверцы автомашины и уехал.
Не знаю, может быть, я, как водитель такси, поступил грубо. Но иного наказания я не мог придумать.
…Я люблю Москву — старую, с ее памятниками, и новую, строящуюся. Я горжусь тем, что живу в этом городе. Ведь я родился и вырос близ бывшей Крестовской заставы, на Средней Переяславской улице.
Еще мальчишкой я бегал по ее улицам и дворам, слушая шарманку, которую чаще всего крутил какой-нибудь отставной солдат с деревянной ногой. Смотрел, как попугай из коробочки за копейку вытаскивал «счастье», как улыбались или хмурились женщины, развертывая и читая заветный билетик. Еще любил из-за угла дразнить старого татарина, который не спеша расхаживал по дворам с полупустым мешком за плечами и монотонно выкрикивал: «Старье бе-е-рем!»
Дворы, в лучшем случае замощенные булыжником, а в большинстве поросшие травой и крапивой. Смрад в воздухе от выгребных ям и помоек.
Ребятишки во дворе играли кто во что горазд. Маленькие копошились в грязном песке или пускали кораблики в канавах с мутной водой, а кто постарше — запускали змеев и монахов, опутывая телефонные и электрические провода мочалой, бумагой и нитками.
Я видел, как начала перестраиваться Москва, мой родной город. Из года в год нарастал городской транспорт.
Прошли годы. Посмотрите теперь на московские дворы. В какой ни войдешь — везде увидишь чистоту и порядок. Много сделано для детей. Во дворах затейливые качели, турники, чистый песок, а зимой — ледяные горки.
В летнее время во дворах много зелени. Даже у только что построенного дома посажены деревья и кустарники. Они еще тоненькие, робкие, но в недалеком будущем это будут буйные заросли садов.
Зелень во дворах, на бульварах и в скверах превратила Москву в цветущий город-сад. Старая Москва с кривыми переулками и тупиками отступила. Ныне перед нами громадный социалистический город, который по своим размерам, благоустройству и красоте далеко превзошел многие столицы мира.
Москва и сейчас продолжает строиться. Поистине невиданный размах приобрело жилищное строительство. И строительный башенный кран по-прежнему остается непременным элементом пейзажа нашей столицы.
Росла Москва, росли и люди, ее славные труженики. Изменились и таксисты. Нынешние водители совершенно иные, чем те, которые впервые сели за руль таксомотора. Этот рост не был легким, еще и по сей день дают о себе знать рецидивы прошлого. Я хочу рассказать о так называемых ночных кафе таксистов. Там лучше всего можно увидеть, как сталкивается новое со старым.
Водители такси, как правило, заканчивают работу очень поздно. Поэтому в каждом таксомоторном парке организованы ночные буфеты, где люди могли бы после смены отдохнуть, закусить, выпить стакан кофе, побеседовать. Давайте заглянем в ночной буфет, который мы называем ночным кафе нашего таксомоторного парка.
Город спит. Все больше и больше уходит машин с зелеными огоньками с линии. В парке их моют, таксисты сдают выручку и идут в ночное кафе, где стоит шум от оживленных разговоров.
За одним из столиков собрались старики, ветераны нашего парка. К ним подсаживаюсь и я. Мой друг Виктор Степанович Сергеев обрадованно приветствует мое появление. Это и понятно, теперь ему будет легче вести рассказ, теперь он может чаще обращаться ко мне, очевидцу многих событий, человеку, хорошо знавшему многих водителей такси.
— Где они сейчас, наши друзья-товарищи? — задает вопрос Виктор Степанович и тут же напоминает: — Вот Александр Бабаев — классный водитель, миллионер. Где он? Ведь я знал, что он прошел всю войну, на грузовой машине подвозил к боевым позициям снаряды и мины, в скольких перепалках побывал. Остался в живых. Отпраздновал победу в Москве…
— И спустя два года умер, — перебил я рассказчика, — нелепо умер от какой-то заразной болезни.
— А не забыл ли ты, Женя, мастера-водителя Василия Кочеткова?
— Как же мне его забыть! Мы вместе с ним учились в школе шоферов. Более влюбленного в технику человека трудно представить. Машина Кочеткова всегда была в идеальном порядке и работала как часы.
— Так вот, Василий Кочетков оставался мастером вождения. У него учились молодые и старые…
Мне нравился этот разговор, потому что к нашей группе все больше присоединялась молодежь. И рассказы, воспоминания о товарищах-шоферах, которые стали мастерами вождения, имели, если хотите знать, большое воспитательное значение.