Много острых современных проблем автомобильного транспорта затронул в своей книге журналист А. Гудимов, и к его рекомендациям, по-моему, надо отнестись серьезно.
Первое, с чем столкнулся Гудимов, как только стал таксистом, это: где взять пассажира или, иными словами, как выполнить государственный план? И по этому поводу он писал: «…Руководители таксомоторного транспорта не задумываются над тем, как шофер будет выполнять план. Администрация парков не делает даже попыток организовать на улицах столицы работу своих автомобилей, чтобы они подолгу не ожидали, а пассажиры часами не разыскивали их».
Это верно. Здесь, конечно, нам нужна помощь, необходима настоящая диспетчерская служба. Но в то же время я хочу отметить, что мы должны учить молодежь самостоятельности. Вот, например, я досконально изучил город и потоки пассажиров. Я знаю, в какое время года, дни недели, часы суток в любом месте города можно взять пассажира. А молодой, еще не оперившийся таксист? Выпихнут его из ворот парка, и будь любезен привези выручку, заданную планом. А где и как он ее возьмет — неизвестно. Помощи ждать не от кого.
У нас было немало случаев, когда молодые водители привозили за смену… сто километров холостого пробега при выручке три-четыре рубля. А когда их по этому поводу заставили писать объяснения, они указали причину — искал пассажира. Это вполне возможно.
Поэтому надо согласиться с Гудимовым, когда он предлагал «вернуться к старой, проверенной системе», то есть к системе диспетчерских постов. Центральная диспетчерская тоже пусть существует, она не помеха.
Очень хорошие мысли высказывает Гудимов о подготовке шоферов такси. Автору книги «Семь дней в такси» она представляется так: «Окончил человек школу шоферов, отработал в каком-либо грузовом парке год-два, можно подумать и о его переводе в специальную школу таксистов». По-моему, это верно. Для шоферов такси нужно организовать специальную школу, из которой выходили бы настоящие таксисты.
Заслуживает внимания предложение и о создании единого управления кадров. Это навсегда избавит таксомоторные парки от рвачей и проходимцев, которые и по сей день перекочевывают из одного парка в другой.
Анатолий Гудимов правильно говорит и о воспитании пешехода: «Надо оградить автомобиль от пешеходов, терпеливо воспитывать советских граждан, учить их хождению по улицам».
Воспитанием пешеходов в Москве пока занимаются очень мало. Здесь Анатолий Гудимов, так сказать, грудью отстаивает интересы таксистов. Подробно рассказывая о их нелегкой работе, он как бы старается смыть с водителей такси грязное пятно, разбить неправильное мнение, будто они лихачи, хулиганы, пьяницы, люди, не заботящиеся о благе и жизни советского человека.
Каждому шоферу такси волей-неволей приходилось иметь дело с милицией. Нет таких людей, которые бы ни разу в жизни не ошибались. Нарушил шофер правила уличного движения — плати штраф, получай прокол в талоне или отдавай удостоверение. Хуже, если водителя обнаружили за рулем в нетрезвом состоянии, или он сделал аварию, или наехал на пешехода. Тогда его ожидает строгое наказание.
Милиция — страж порядка. И надо признать, что в большинстве случаев в нарушениях она разбирается объективно. И все же какая-то предвзятость в отношении орудовцев к таксистам имеется. Об этом, в частности, писал и А. Гудимов. Он — водитель с многолетним стажем — пересел временно за руль такси и сразу же превратился в злостного нарушителя, много раз имел объяснения с милицией и платил штраф. Это же факт, что большинство нарушений правил уличного движения в Москве относят на долю таксистов. Это объясняется прежде всего спецификой работы шоферов такси. Рассуждая логично, скажем: кто поедет на такси, если ему спешить некуда? Девяносто девять процентов пассажиров такси спешат, просят, а иногда умоляют доставить их как можно скорее.
А выполнение плана? В течение всей рабочей смены оно как бы толкает водителя в спину и нашептывает: «Скорее, скорее, не теряй ни минуты, иначе не выполнишь план».
Вот и носятся таксисты по городу очертя голову. Тут без происшествий трудно обойтись.
Мне тоже приходилось встречаться с милицией, и об этих встречах я хочу рассказать.
В последний день февраля утром, придя на работу, я от дежурного по колонне получил повестку, в которой значилось, что 28 февраля к десяти часам утра я должен срочно явиться в 12-е отделение ОРУД — ГАИ. «Явка строго обязательна», — значилось в конце.