- Моя пташка, вы выглядите совершенно убитой! Поделитесь, что с вами случилось? – от взгляда лорда Аттвуда не укрылась моя резкая смена настроения.
- Платья других дам выглядят намного прекраснее, чем мое, - искренне пожаловалась я.
- Будет вам, - лорд слегка сжал мою руку, - Не платье красит девушку. Вы выглядите прелестнее всех в зале.
Комплимент Аттвуда заставил меня улыбнуться.
- Другое дело, - одобрительно произнес барон и пригласил меня на танец.
Поразительно, как мои старые знакомые открывались мне с совершенно другой стороны. Лорд Аттвуд, которого я раньше считала старым плутом и любителем дамских юбок, теперь вовсе не казался таковым. Он сыпал комплиментами направо и налево, и даже самые некрасивые девушки расцветали от его слов и хорошели чуть ли не на глазах. Мистер Роудж, вечно поддакивающий и раздражающий, всего лишь стремился всем понравится, и что в этом было плохого? Окружающие меня люди стали действительно мне интересны.
Незаметно для себя после очередного танца, я оказалась среди гостей, обступивших лорда Гамильтона. К моему облегчению мисс Петерсон со своей тетей здесь отсутствовали. Я уже сама приподняла юбки, чтобы отойти, как меня окликнул глубокий, равнодушный голос:
- Мисс Боунс, не окажете мне честь?
Гамильтон протягивал мне руку и пристально смотрел в глаза.
- Хорошо.
Выразиться более вразумительно не представлялось возможным.
Не помню, как мы прошли в центр залы, где другие танцующие уже были готовы пуститься в вальс. Я брела словно в тумане, держась за руку Гамильтона, а в моей голове проносились не связанные друг с другом мысли.
Герцог обнял мою талию, и мы закружились под чарующие звуки музыки. Правда. Игра музыкантов была поистине волшебной. Я смотрела прямо в зеленые глаза, не отрываясь и практически не моргая. Наверное, нам больше не будет суждено оказаться вот так близко, и я хочу насладиться каждым моментом этого вальса.
Гамильтон оставался серьезным. Никакого намека на улыбку или вообще какое-либо чувство. Я уже давно приметила эту его особенность, захлопывать все эмоции внутри, надевая маску равнодушия и отрешенности, не позволяя никому видеть себя насквозь. Только пару раз мне удавалось застигнуть герцога, не спрятавшимся за своей привычной скорлупой. Он казался таким… участливым. Надежным и близким, словно мы были хорошими друзьями. Ох, мечты, мечты.
- Леди Виктория, - Гамильтон нарушил наше молчание, - Мне следует признаться вам.
Я чуть было не наступила герцогу на ногу. В самом деле! Нельзя же вот так, посреди танца, делать подобные заявления.
- Мне известно, что пять дней назад вы поселились в гостинице «Северная тропа» и регулярно посещаете различные мероприятия.
При известии о том, что все это время герцог следил за мной, я и правда почти оступилась. Но благодаря умению Гамильтона вести танец, все обошлось, и я избежала позора, не растянувшись на полу, создавая серьезное препятствие на пути вальсирующих. Тем временем герцог продолжал как ни в чем ни бывало:
- Вам удалось выяснить как снять проклятье?
Я наконец смогла переварить только что услышанное. Гамильтону было прекрасно известно о том, что я все еще находилась под действием проклятья, но он преспокойно себе жил под одной крышей со своей невестой, и даже не поинтересовался как у меня дела! Обида ударила мне в голову. Хотелось отвернуться и демонстративно промолчать.
- Не удалось, - ответила сквозь зубы.
- Совсем ничего? – герцог озабоченно хмурился и пытался поймать мой взгляд.
- Только имя.
Гамильтон чуть сильнее стиснул мою талию, выглядел он крайне взволнованно.
- Вы можете сообщить его?
Я окинула герцога подозрительным взглядом:
- Зачем вам это? Вас совсем не волнует моя участь.
- Вы ошибаетесь. Очень волнует.
Его слова, произнесенные так тихо, совершенно меня оглушили.
- Вы не можете так говорить, - с грустью заметила я, - Ведь вы помолвлены.
После этой фразы никто из нас больше не произнес ни звука. Вальс почти подходил к концу, как Гамильтон быстро прошептал мне на ухо:
- Ожидайте меня в библиотеке, в самом дальнем ряду справа.
Я ничего не успела ответить на эту невозможную просьбу. Или скорее приказ? Музыка затихла, Гамильтон поклонился и отошел, оставив меня наедине со своими сомнениями. Еще одно тайное свидание? Последнее принесло мне поцелуй и разочарование. Что же последует за этим?