Какая-то сила вытолкнула меня из ниши и направила прямиком к этой компании. Наверное, то была сила бокала шампанского, не иначе. Подойдя ближе, широко улыбнулась и провозгласила:
- Граф Суррей, какой замечательный прием вы устроили! Леди Александра, благодарю сердечно за приглашение, - я вовсю улыбалась этим двоим, а Джеймсу достался едва различимый кивок головы, - Лорд Гамильтон.
- Я очень рад, что вы нашли для нас время, - граф поклонился и при этом выглядел таким довольным, словно встретил самого желанного гостя.
Джеймс помрачнел на глазах, его лицо потемнело, а на лбу появилась хмурая складка. Граф Суррей оказался занимательным собеседником. Он мог распинаться на самые различные темы, причем отвечать на его реплики было необязательно, что в свою очередь сильно расслабляло в его обществе. Поведение Гамильтона с каждой минутой становилось все более странным. Он как будто замкнулся в себе, никак не реагируя на окружающее его веселье. Когда же взгляд зеленых глаз падал на меня, в них отражалось неведомое мне недовольство. Словно он вовсе не желал меня здесь видеть.
Меня сильно задевало такое положение вещей. В конце концов, это я пострадавшая сторона. Я попыталась не обращать на герцога внимания, приклеив к лицу улыбку, с деланным восторгом слушая графа и леди Александру.
Кто-то окликнул хозяина, и, извинившись перед нами, Суррей отошел к другим гостям. Без поддержки родителя, юная леди Александра стушевалась и смущенно закрутила головой, пока с видом облегчения не заметила своих пожилых родственниц, к которым тут же поспешила на поклон. Я уже было тоже собралась оставить Гамильтона стоять в одиночестве, но, коснувшись моего локтя, он тихо прошептал:
- Вы должны уйти.
Вот так новость.
- Вы не в праве мне указывать. С какой стати?
- Утром я отправил вам записку, чтобы вы оставались у себя в комнате.
Не припоминаю никакой записки. Уж от Джеймса я бы не пропустила. Хотя, по моему скромному мнению, в ней должны были быть извинения, а никак не приказ не выходить на улицу.
- Я не получала никакой записки, - нахмурилась я, - И я все еще не понимаю, почему я должна уйти?
- Не могу объяснить, - нетерпеливым тоном заявил герцог, обводя глазами толпу гостей вокруг нас, - Вам следует немедленно покинуть этот дом.
Опять какие-то тайны! А у меня чувство, будто моя жизнь окончательно перестала мне принадлежать. Не успела я высказать свое праведное возмущение, как к нам подошли несколько джентльменов, чтобы поприветствовать Гамильтона.
- Благодарю за приглашение, но я вынуждена вас покинуть, - мило улыбаясь, я присела в реверансе перед тремя мужчинами, разочарованными моим отказом от вальса. Не в пример им, Джеймс выглядел весьма удовлетворенным. Думает, что я отправлюсь обратно в «Северную тропу». Пусть думает дальше. Я устала от постоянных тайн, недомолвок и нежелания объяснить мне хоть что-нибудь. Его странное поведение сегодня еще больше отдаляло меня от него.
Я поднялась по лестнице и вышла в галерею, собираясь какое-то время отсидеться в дамской комнате, а потом вернуться в залу. Проходя мимо одной из дверей, я услышала собственное имя.
- Виктория Лоуренс.
Я остановилась как вкопанная. Мое настоящее имя. Оглянулась по сторонам, рядом ни души.
- Виктория Лоуренс.
Я заметила, что дверь, ведущая в одну из гостевых комнат, приоткрыта. Мне казалось, что я различила пляшущий свет от камина, но человека, который меня звал, было не видно.
- Виктория Лоуренс.
Сердце застучало от страха. Я точно была уверена, что это не лорд Бофорт, его голос я бы узнала сразу. Голос. В нем проскальзывали некие хищные нотки, если можно так выразиться. Он гипнотизировал, завлекал. Я должна узнать, кому он принадлежит. Не мешкая ни секунды, я толкнула дверь и вошла внутрь.
В камине и в самом деле горел огонь. Я осмотрела все углы комнаты, но здесь никого не было. Странно, но я же точно слышала свое имя. Причем трижды! Недоумевая, я сделала несколько осторожных шагов вглубь, пристально вглядываясь в самые темные места, куда не попадал свет от камина. За спиной щелкнула дверь. Вздрогнув, я резко обернулась и наткнулась взглядом на высокого мужчину, стоящего у стены, сложив на груди руки. Видимо, он прятался за дверью, когда я ее открыла.