Он запустил пальцы в свои волосы. Мой Джек не любит, когда тайны остаются нераскрытыми.
— Как я поняла, Мечи меня недолюбливали.
Арик сказал, что я была их целью номер один, как и предупреждал Мэтью.
— Их дезинформировали насчёт тебя.
— Помнишь, я говорила тебе о моей бездонной ярости? Я представляю угрозу этому миру. Мечи были правы.
— Ты хорошая, Эванджелин, у тебя добрая душа. Я всегда буду так считать.
Он говорил с такой убеждённостью, что я сама была готова в это поверить.
Почти.
— Кого Мечи хотели видеть победителем?
Джек поколебался, но признался:
— Смерть.
Мудрый выбор. Возможно, нам стоит прислушаться к их мнению. Я не хочу обрекать Арика на ещё несколько веков бессмертия, но я также не желаю гибели нашей планеты.
Джек спросил меня:
— Как ты относишься к тому, что я могу оказаться Младшим Арканом?
Я усадила Ти поудобнее, не зная, как выразить свои опасения.
— Меня несколько беспокоило то, что тебя могло тянуть ко мне из-за игры. Как-никак, наши пути не раз пересекались с тех самых пор, как нас приставили друг к другу на уроке истории.
— Думаешь, случайно? Эви, да я хватался за любую возможность оказаться рядом с тобой!
— А как же мы тогда нашли друг друга во внешнем мире, когда Пол захватил замок?
— И вы, и я просто направлялись к единственному возможному источнику еды по единственной доступной дороге. Нас осталось мало, мы не могли не пересечься.
Меня его слова не убедили.
— Я переживаю, что твои чувства были… ну, наведёнными или типа того.
— Я как-то задумался об этом на миллисекунду. А затем достал свой проржавевший мобильник и пролистал до любимой фотки, где ты стоишь на берегу залива и любуешься закатом. Глядя на эту фотку, я понял две вещи. Что я тебя люблю — независимо от игры, независимо о того, кто я, — и, что ещё важнее, ты любишь меня. Я не думаю, что игре это по душе, так же, как и то, что вы с Доминия любите друг друга. Мы чувствуем это вопреки игре, что делает возникшую между нами связь ещё более неожиданной.
В его словах был резон.
Я так сильно скучаю по нему. Разлука невыносима. Я понимаю, что без него и Арика мне всегда будет чего-то не хватать, но пока ещё не смирилась с этим.
— Тогда почему не заглянешь к нам вместе с Кентархом в следующий раз? Мне тяжело без тебя.
Он потёр рукой подбородок.
— Я буду пятым колесом.
— Мне жаль, что ты так это воспринимаешь.
Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но передумал.
— Ну же, Джек, скажи мне. Не сдерживайся.
После недолгих сомнений он признался:
— На пути к Джубили я спросил Кентарха, что бы он сделал, если бы узнал, что Исса беременна от другого. Я никогда не забуду его ответ: «Наши узы настолько крепкие, что я стал бы ему отцом лишь потому, что она стала матерью». — Джек глубоко вздохнул. — Вот так.
Я едва дышала от переполнявших эмоций.
— Правда в том, что я хочу, чтобы семья другого мужчины стала моей. Из-за этого я немного ненавижу Доминия, и мне это не нравится. К тому же я уже дважды уходил от тебя; не уверен, что смогу в третий. Женщина, я должен чувствовать тебя на каждом шагу. Каждую секунду.
Мы смотрели друг на друга так, будто между нами был всего один шаг… а не сотни миль пустоши.
Он поделился со мной своими сокровенными мыслями, могу ли я?
Я боюсь той, кем я становлюсь.
Ты нужен мне. Ты и Арик.
Мне всё больше кажется, что из этой игры я не выйду живой.
Ти засуетился, прервав момент.
Джек прочистил горло и спросил:
— Ему нужно поменять подгузник?
Я проверила.
— Да… Как ты понял?
— Есть кое-какой опыт. Когда-то давно у Клотиль были Младшие братья и сёстры, которых вешали на неё. Но она сама была мелкой, поэтому я обычно помогал.
Ты тоже был ребёнком. Чёрт, в то время я сама была маленькой девчонкой.
— То есть ты можешь и мотоцикл починить, и подгузник поменять? Эй, девушки, хватайте, пока не поздно.
— Не забывай, что я ещё и готовить умею. Хоть кто-то из нас.
Я показала ему язык, после чего сказала:
— Сейчас вернусь.
Я отнесла Ти к столику, на котором мы его пеленали, быстро его переодела и вернулась за компьютер.
Теперь уже чистому и сухому Ти захотелось обнимашек. Он зевнул и прижался ко мне, вцепившись маленькими ладошками в мой свитер. И как бы он ни старался, глазки сами собой закрывались.