- Не слишком большая цена мнимой свободы? - раздался неожиданный вопрос.
Дима вздрогнул. Этот человек будто слышит его мысли и знает то, что он чувствует. В голове понеслась безумная карусель мыслей. Как странно. А ведь и вправду?
- Ты не знаешь. Мне придется уволиться. Я работал. Шел к своей цели. Я в одном шаге от повышения. Я стану заместителем главного директора. Радио – мое все.
- Я, я, я. - мужчина хитро смотрел на Диму, на котором лица не было.
- Да, что случилось? Расскажи толком. - попросила Маша.
- Лиза переезжает. У нее мать тяжело заболела. Она едет в свой родной маленький городок. Больше не хочет быть здесь. Сказала, что я безответственный. Не хочет больше тратить свое время на меня. И вообще, если я ее люблю, то поеду с ней. А еще... Она беременна. Я испугался, запаниковал. И теперь она уезжает и, скорее всего, избавится от нашего ребенка. Но я-то не могу ехать. У меня работа. Что я буду делать там, у черта на куличиках! Там толком и работы нет. Там ничего нет. Я не могу с ней поехать. А она не хочет оставаться. Говорит, если перестану быть эгоистом и полюблю ее по-настоящему, то поеду с ней.
- А ты любишь? - спросила Маша.
- Да.
- Тогда все решено. И выбора у тебя нет. Все просто, свободный ты наш. Никто из людей на этой планете не свободен. Ни о какой свободе речи и идти не может. Мы с рождения в тюрьме своего тела. Пусть это слишком философски, но это так. А тебе выпал шанс любить, быть любимым и дать эту жизнь другому. Решайся…
Дима подскочил со своего места и пошел к телефону. Он набрал номер собственной квартиры. Долгие гудки. Это было неважно. Даже если она не ответит, он навсегда с ней. Поедет за ней на край света.
- Алло. - послышалось в трубке.
- Я люблю тебя. - выдохнул в трубку Дима.
Ребята отвернулись. Им стало неловко подслушивать чужой разговор. Они сидели в странном состоянии, напоминающем невесомость. Будто воспарили над собственными жизнями, над своими телами и смотрят на все сверху вниз, бесстрастно и объективно.
- Раз пошла такая пьянка. - Руслан одним махом опустошил свой бокал с вином. Он смотрел перед собой, не решаясь поднять глаза. - Меня уволили. Я официально безработный. С наукой покончено навсегда.
- Что?! - в один голос удивились Маша и Фая.
- Расскажи, что произошло. Твои друзья заслуживают знать правду.
- Двенадцать лет. Двенадцать лет я обманывал и себя и окружающих. – начал, с тяжелым вздохом, Руслан. - Еще в институте я разработал новую концепцию химического анализа. Это должно было стать прорывом не только в фармакологии, но и многих других областях науки. Мой проект, куда бы я ни приходил, к кому бы ни обращался, вызывал гордость и симпатии. Вся моя жизнь – это гордость моих родителей. Я считал себя ученым. Считал себя человеком, который перевернет этот мир, получит Нобелевскую премию и станет популярным.
- Популярным? - переспросила Фая. Она ухмыльнулась. - В насколько узком сообществе, интересно?
- Не надо, Фая. Пусть Руслан расскажет, куда его завела гордыня.
- Ко мне стали обращаться различные рекламодатели. Продюсеры, спонсоры. Они убедили меня развиваться. Подавать сведения, которые еще не были проверены экспериментально.
- Разве ОНИ это сделали? Разве ОНИ этого хотели?
- Нет. Этого хотел я. Я хотел, чтобы все получилось. Всегда ведь получалось. Да, поначалу так и было. Но из-за включения в мою работу множества различных составных частей, проведения докладов и публикации статей с неверными данными, что уж там – подогнанными данными, я до сих пор не знаю, как все это не вскрылось раньше. Но, в конце концов, мыльный пузырь лопнул. Мою работу больше не будет финансировать и поддерживать университет. Научное сообщество обратилось против меня. Меня уволили с позором. И путь в науку мне закрыт. Мне больше никто не поверит.
- И?
- И это случилось три месяца назад. - Руслан жалобно посмотрел на мужчину, что сидел напротив него за столом. У того было такое спокойное, уверенное лицо. Ни сострадания, ни жалости. Ни даже неприязни. Странный свет исходил из его мимики и позы.