В итоге, находясь ещё в полусонном состоянии, я додумалась до того, чтобы рукавом куртки пройтись пару раз по прохладному окну. Но и это мне не помогло. Снаружи потемнело, и в добавок ко всему начался дождь. Темень и стекающие потоки воды по окнам не давали как следует разглядеть место, где меня оставили в заточении. Прильнув лбом к окну и уткнувшись в него носом, я вновь позволила себе вспомнить, что мой друг мёртв. Что я больше никогда его не увижу. Чёрт подери, да я даже похоронить его не смогу! Ну вот, опять слёзы…
Прикрыв глаза и продолжая ластиться к прохладному окну, я поддалась вновь накатившей истерике, поддалась и чувству жалости к себе.
— Господи, Тави, какое же ты ничтожество… — прошептала я, смахивая слёзы с глаз и шмыгая носом. — Тебе же больше жалко себя, а не Раджа, так ведь? О, да ты ещё и сама с собой начала разговаривать… Дожила.
Минуты самобичевания длились недолго, ровно до того момента, как мне вновь захотелось спать. Перебравшись на заднее сиденье, я укуталась по-максимуму в свою куртку и свернулась клубочком, поджав под себя ноги.
Однако моя сонливость оказалась ложной. Стоило мне поддаться желанию покинуть эту реальность и окунуться в мир грёз, как мозг начал фильтровать все события, которые привели меня к тому, что я опять оказалась в чьей-то власти. Более того, все воспоминания, связанные с Раджем, нахлынули на меня разом. Голос друга навсегда останется в моей памяти, так же, как и его родные черты лица. Стоило закрыть глаза, как перед взором возник его образ: тёплая улыбка, озорной взгляд, тщательно уложенные волосы — волосок к волоску, как тогда на выпускном… Тот счастливейший день помню в мельчайших подробностях. Или его вечные шуточки в мой адрес по поводу моего роста, его обращение — «Ты ведь у меня коротышка», наполненное нежностью…
Но даже под гнётом мыслей и воспоминаний мне удалось вновь провалиться в сон. За ночь я ужасно замёрзла: всё-таки машина не обогревалась, а дождь и прохлада дополнили картину. На утро, когда меня всё-таки соизволили проведать, я проснулась с соплями и неприятным ощущением во всём теле. Не думала, что в тропиках можно заболеть…
— Вылезай давай, — скомандовал Ваас, нервно теребя связку ключей у себя в руке. Ещё не видя его лица, я смогла со стопроцентной уверенностью заявить, что пират находится в плохом расположении духа. — Пора работать.
— Чего? — морщась от ярких лучей солнца, пробивающихся через окна, спросила я. — Работать?
Но Ваас проигнорировал мои вопросы и ушёл, оставив двери машины открытыми. Протерев глаза, я таким образом старалась согнать сон и настроиться на предстоящем кошмаре, который, походу, ждёт меня. Кое-как поднявшись на локтях, я приняла сидячее положение и тут же пожалела об этом. Состояние было, мягко говоря, отвратительное. Ночь в промёрзшей машине не пошла мне на пользу. Странное состояние, когда вроде бы вокруг жара несусветная, а тебе холодно и зябко. Заболела я как не кстати.
— Тебе персональное приглашение нужно?! — рявкнул Ваас, заглянув в кабину машины, где я пыталась прийти в себя.
— Нет, — недовольно пробурчала я и, оттеснив Вааса, вышла из автомобиля на растерзание жаре.
Не понимая, где нахожусь, я начала озираться вокруг. Машина, в которой я провела ночь, стояла на небольшом пароме, который, судя по всему, переправлял транспорт Вааса на остров Волкера. Хм… Удобно, нечего сказать. У пристани кучковались небольшие домики, где туда-сюда сновали пираты.
— Что это за место? — спросила я, вопросительно глянув на Вааса.
— Это место, где ты будешь пахать весь день напролёт и отрабатывать свой косяк, Блонди, — пояснил он с приторно довольной миной на лице и молча побрёл в сторону пристани. Мне лишь оставалось принять свою участь и проследовать за ним. Боюсь представить, что меня ожидает.
Пока меня препровождали к месту моей работы, пираты все до одного пялились нам вслед. Кто-то наблюдал настороженно, кто-то с неким презрением во взгляде, кто-то с ехидной усмешкой на губах, а кого-то даже не удивлял факт моего появления здесь. Например, Бена, который ожидал нас впереди, совершенно не удивляла данная ситуация.
— Покажи ей, что надо делать, — обратился к нему Монтенегро. — К вечеру всё должно быть готово, усёк, amigo?
— Всё будет сделано, — отчеканил Бен, сохраняя серьёзное выражение лица и внимательно впитывая каждое слово своего босса.
Только сейчас я поняла, что меня ждёт. Мы стояли посреди огромных полей, усеянных коноплёй. Я и представить не могла, что Ваас владеет таким количеством плантаций. Хотя… По сути это не его плантации. Вообще ничего его на этом острове нет. Всё принадлежит Хойту.