Кора дерева нещадно царапала мою оголённую спину и поясницу. Закусив губу и запустив пальцы рук в ирокез пирата, я не могла сдержать громких стонов. Обычно Ваас затыкал мой рот, не позволяя издать ни звука, но в этот раз его это мало волновало. Он уткнулся носом в мою шею, обжигая сонную артерию своим горячим дыханием.
Ему не надо было долго стараться: оргазм накрыл меня буквально сразу, заставляя все мои мышцы сжаться. Получив разрядку, я обмякла в руках пирата, и это заставило его перенести меня на землю, не прекращая такой сладкий момент слияния наших тел. Мягкая трава сняла тот дискомфорт, который вызвало трение моей спины о кору дерева. Представляю, какие следы останутся после этого…
Нависнув надо мной, Ваас не снижал обороты, продолжая двигаться во мне ещё быстрее и неистовее. Та страсть, та вспышка, пронёсшаяся между нами за долю секунды, просто сводила с ума, и я, забравшись руками под майку пирата, буквально вонзила свои ногти в его спину. Это послужило кульминацией. На миг я даже испугалась, что он останется во мне, и дубль второй в виде беременности мне обеспечен. Но, вопреки моим страхам, Монтенегро сладко кончил мне на живот, бесстыдно глядя мне в глаза. Его губы расплылись в пакостной улыбочке, присущей только ему.
— Прямо как целку трахнул, — заявил он, встав с земли и начав застёгивать штаны, на поясе которых я успела заметить знакомый кинжал. — Ты когда последний раз трахалась?
От этих слов я раз за разом открывала и закрывала рот, как рыба, находясь в полнейшем недоумении. Ах да… Это же Ваас. Чего это я в самом деле? Надумала там себе, что он скучал. Пфф… Смешно.
Не ответив на это ровным счётом ничего, я кинула на пирата уничтожающий взгляд. Оделась я так быстро, как будто участвовала в соревновании, где надо было одеться за полминуты. Футболку пришлось натягивать по пути в лагерь, дабы поскорее уйти от этого говнюка подальше. А чего я от него ожидала? Ласковых и нежных слов? Да и грех мне жаловаться… Секс был долгожданным и великолепным, впрочем, как и всегда. Надо бы мне перестать принимать близко к сердцу его выпады по отношению к себе. А лучше всего начать играть в его игру, стать им в какой-то степени, и тогда мне будет проще, а ему надоест стебаться.
План хорош, как не крути. Осталось его воплотить в жизнь.
Примечание:
Callate¹ (исп.) — заткнись;
Глава 13
Распахнуть глаза меня заставили выстрелы, прозвучавшие один за другим без перерыва. По моим подсчётам их было два или три. Мозг ещё не до конца успел проснуться, поэтому я не совсем понимала, где нахожусь. Но, как только до меня дошло, что я сплю не в своём особняке в Лос-Анджелесе и что выстрелы не были моей галлюцинацией, я тут же подскочила с неудобной койки. Вчерашние события мало-помалу воскресли в памяти, и мне захотелось выть.
Картинки из сна, где была показана моя повседневная жизнь, мелькали перед глазами. Каждый атом моей тщедушной душонки скулил и просился домой. К сыну. К Митчу. Боже, как он там?
С этими смертями, беготнёй и стрессами я окончательно погрязла в безумном калейдоскопе событий и совсем забыла о самом главном. Мой сын остался там, далеко-далеко от меня… Меня саму от себя тошнит. Какая же я мать, если уехала чёрт знает куда, чёрт знает насколько? Безответственная. Наивная. Дура.
От угрызения совести меня отвлёк очередной выстрел. Что там вообще творится? Надеюсь, это пираты развлекаются с утра пораньше и практикуются в стрельбе… Но моим надеждам не суждено было сбыться. Сюжет всё тот же: новый товар стоит на коленях в ряд и смотрит на грязные и пыльные ботинки того, кто расхаживает перед ними с пистолетом в руке и решает их судьбу.
Никто не смеет смотреть ему в глаза. Никто. Оно и понятно. Хотя, если вспомнить нашу первую встречу с Ваасом, то, пожалуй, мою наглость можно отнести в список тех смельчаков, которые бесстрашно и бесцеремонно играли с ним в гляделки. Ну, а что? Тут всё равносильно. Какая разница, когда ты умрёшь: через одну минуту или через десять секунд? Если уже находишься на обрыве, а сзади стоит тот, кто толкнёт или всё же смилостивится, нет смысла брыкаться. Есть смысл показать своё бесстрашие.
Стоя у входа в лазарет, где мне пришлось провести ночь, я наблюдала за пленниками, стараясь оценить уровень их страха. По сюжету все девушки рыдали взахлёб, подвывая и пытаясь что-то сказать, а мужчины смиренно стояли на коленях. Судя по тому, что никто не противился, все они смекнули, чем дело пахнет. Конечно, из многих партий товара попадались такие глупцы, которые осмеливались выпендриться. Но… С Ваасом разговор короткий. Блин, такое ощущение, будто у меня дежавю. Неужели Монтенегро не надоела эта процессия? Хотя его никто и не спрашивает. Это его работа. А если он попытается, так сказать, разнообразить свою деятельность, то это чревато получить выговор от босса. Хойт… Сволочь…