Так мы стояли в полной тишине, карауля непонятно зачем две воткнутые в ил палки с натянутой между ними под водой «сеткой» и наблюдая за светящимся пятном в толще воды. Где-то через час мне жутко захотелось справить нужду, а из головы постоянно не выходила мысль об акулах, которые могли подплыть сюда. Наверное, я постоянно озиралась и тем самым выдала свою встревоженность.
— Не ссы, в эту часть острова они обычно не заплывают, — разгадал причину моей нервозности Бенни.
— А вот поссать бы не мешало…
— Вот давай без этих подробностей, — скривив гримасу, попросил Бен.
Я заметила, что он говорит полушепотом. Наверное, он боялся распугать рыбу, а может, в нём просто проснулся инстинкт охотника. Хотя мне всё меньше начинала нравится затея с креветками. Сразу вспомнила о супермаркетах, где можно было получить желаемое лакомство, просто заплатив деньги. Но всё же природное любопытство заставляло меня торчать по грудь в воде и стараться сдержать в себе поток естественной нужды.
— Думаю, пора, — объявил Бен.
— Что пора? — осведомилась я, думая только о том, как мне хочется сесть в ближайшие кусты.
— Пора уже заработать себе обед, — Бен сосредоточенно начал двигаться в сторону берега, обхватив двумя руками жердь, как бы выставив её перед собой. Я последовала его примеру. Где-то через пару шагов, я поняла, что это не такое уж лёгкое занятие и сама себе начала напоминать тральщик, который тянет за собой карман из сети в надежде, что сможет зацепить косяк мелкой рыбы. Бен подходил чуть ближе ко мне, а я наоборот старалась отойти от него дальше, на что он шикнул на меня:
— Делай, как я, иначе ни хрена у нас не получится из этой затеи!
Я начала пододвигаться к нему, всё так же таща на вытянутых руках жердь. Уверена, сверху мы оба были похожи на двух дебилов. Дойдя до бутылки, Бен резко ускорился и чуть ли ни вприпрыжку вылетел на берег. Я вложила весь остаток сил в точно такие же движения и, через несколько минут развернув сеть, застыла с недоумением в глазах. Кроме импровизированного фонарика в бутылке внутри сети находились мелкие креветки, которые подпрыгивали, отталкиваясь своими хвостами от земли и копошились, как опарыши.
— Ну на полноценное барбекю этого, конечно, не хватит, но…
Мы улыбнулись друг другу, полностью довольные полученным результатом. Оставался вопрос: как мы это будем делить между собой, но это уже совсем другая история…
***
Определённо общее дело сближает — к такому незатейливому выводу я пришла, пока с удовольствием смаковала свою долгожданную добычу. Креветки, сваренные хоть и не в солёной воде, были изумительны. Возможно, просто я была голодна до такой степени, что была готова сожрать слона и не подавиться.
Бен сидел с закрытыми глазами напротив меня, подавшись корпусом назад и подпирая землю руками. Он почти не притронулся к креветкам, составив мне компанию только в распитии пива. Я отказалась трапезничать на территории аванпоста, и спасибо Бену — он согласился провести вечер в моём лагере.
Отсветы костра плясали по его закрытым глазам, прямому носу и акцентировали внимание на обожжённой части лица, но это почему-то не казалось мне чем-то уродливым. Странно, но мне было даже комфортно молчать с ним. Просто сидеть у костра, пить пиво и ощущать на языке неповторимый вкус креветок, который так грел душу. Возможно, я начинаю привязываться и ассоциировать его с Раджем. Но я не могу допустить этого. Он пират, такой же, как и Ваас, убийца. Но ведь он добр в душе…
Сегодняшний день заставил меня взглянуть на пирата под другим углом. Почему он всегда так мил со мной? Почему решил помочь? Не думаю, что Монтенегро понравилось бы то, что его подручный занимается какой-то фигнёй вместо того, чтобы работать.
Но, судя по всему, Ваасу нет дела до этого: он по горло загружен делами и вершит суд над всеми, кто попадётся ему на глаза. Сколько раз я наведывалась на территорию пиратского аванпоста и ни разу не слышала и не видела его. Это и к лучшему.
— Знаешь, — нарушил тишину Бен, — тебе не стоит так убиваться…
— Бен, — перебила его я, тяжело вздохнув, — не надо. Пожалуйста…
Он отнял руки от земли, небрежно отряхнув ладони, и выпрямился, глядя на то, как я отвела глаза в сторону, лишь бы он не видел в них отблеска слёз.
— Нет, ты только послушай… Я… Знаю, каково тебе сейчас. Терять близких всегда тяжело. Но ты должна понять, что таким образом ты их не вернёшь. — Он выглядел так, будто знает, о чём говорит.