— Нет. Ни разу.
— Вот и я о том же. Так ты чего: тренироваться будешь или лясы со мной точить?
— Тренироваться, само собой. Только это… Я со спецназом рубиться не готов пока.
— Ха! Не боись — убивать не буду. Рано ещё. Сейчас по базе твоей пройдёмся, посмотрим к чему готов. А дальше — по программе. Ну, готов?
— Готов.
— Вперёд.
Полтора часа в ринге и вокруг него прошли весело. Обер-феб пару задачек, всё-таки, подкинул, не удержавшись от соблазна. Но не так жёстко — устоять и отбиться от наката вполне получилось и даже контратаку более-менее успешную провести. Словом — ничего так. Очень даже конкретная учебная нагрузка получилась.
Спрыгнул с ринга, подошёл к обер-фебу.
— У меня всё на сегодня. Спасибо за помощь.
— Не за что. На будущее — можешь меня Фебом называть.
— Балу.
— Вот и ладно.
Жму руку фельдфебелю и отправляюсь в кубрик. На сегодня всё. Сейчас в душ и на ужин. А потом готовиться к завтра, которое от сегодня отличаться, пожалуй, не будет.
Вернувшись в кубрик после душа и прочего, я спокойно переодеваюсь, поглядывая вокруг. Состав собрался, как и говорилось, смешанный: по четыре латиноса, китайца и индуса. Дальше идут двое русских. Откуда знаю? Ну… Кем ещё могут быть двое крепких парней с одинаковыми ультра-короткими стрижками, в тельняшках и с татуировкой эмблемы Войск дяди Васи на плече у одного из них? Вестимо — наши. Кто ж кроме них? Рядом с десантурой притулился непонятный сухощавый жилистый мужик с южнославянским фенотипом. Серб? Неясно — может цыган, может наш с Кубани или Ставрополья, а может и вовсе представитель «Незалежной». В общем — дальше разберёмся.
Народ скучковался «по мастям», друг к другу никто пока не лезет. Общаются все между собой, внутри образовавшихся кружков. Что-то типа зачаточных микро-землячеств сформировалось, как минимум, на время перелёта. Русские и примкнувший к ним «серб» время от времени с интересом поглядывают в мою сторону. Интерес, в принципе, понятен — вроде свой я с виду. Скорее всего подойдут знакомиться. Ну, подойдут — пообщаемся. Проблем не вижу. В одной лодке телепаемся, как никак, причём все на вёслах.
Плюс ко всему тому, в кубрике расположилось четверо (сейчас трое) гламурных придурков европейско-американского, судя по внешности и поведению, происхождения. Хотя, фиг этих «метросексуалов» поймёт — могут быть и просто москвичи или питерцы из числа гламурно-тусующихся. В общем, эта группа в полосатых купальниках из числа тех самых телоидов, ранее обозначенные мной как «геймеры». Сейчас их трое, включая знакомую деффку, поскольку четвёртый — придурок с зелёным ирокезом — после происшествия на ринге валяется в капсуле на регенерации, лечит сломанную синтетом грабку. Интересно, кстати, будет посмотреть, как эта самая грабка у него к «утру» восстановится.
Гламурная троица тоже сидит отдельной кучей — базлают промеж собой, время от времени кидая ненавидящие взгляды в мою сторону. Эти, явно с чего-то вообразили, что они «в общей лодке» пассажиры и к вёслам отношения не имеют. Наивные калифорнийские хлопцы… И деффки… Да… Эти, похоже, тоже собираются ко мне подкатить, но не пообщаться, а качать права. Ну… Опять же — «велком»: подвалят — огребут.
Направляюсь в курилку подымить на сон грядущий. Боковым зрением отмечаю, что «геймеры» встрепенулись и тоже подорвались. Ню, ню. Детский сад, группа продлённого дня, блин. Ладно — разберёмся.
Захожу в соответствующее помещение, подхожу к одной из пепельниц и слышу, как вслед за мной входит «несвятая троица». Поворачиваюсь к ним. Деффка с торжествующе-предвкушающим выражением лица стоит у двери, типа на стрёме. Двое понтово-рельефно накачанных шлёпают ко мне. У передового на кулаке понтово-никелированный типа кастет, весь из себя крутянский — с шипами и клёво обозначенными гранями. Придурок… Этой железкой только самому себе пальцы ломать… Ну, я ему не доктор, а вовсе даже наоборот.
Кастетоносец, на ходу открывает пасть:
— Ну, ты чё, быдло, вконец попу…
Договорить оно не успевает. Резко двигаюсь навстречу и провожу простую связку — джеб в лицо и хук в сплетение. Успеваю удивиться тому, что чисто прошли оба удара: джеб, который должен бы быть отвлекающим, расплющивает нос, а хук добротно врезается именно в сплетение. Не торможу и отмахиваю в сторону второго фигуранта ура-маваши-гери, призванный заставить оппонента отшатнуться, отвлечься на блокирование или просто чуть притормозить и тем самым дать мне пару секунд на разрыв дистанции. И… Снова удивляюсь. Моя нога проезжает чётко по «решительному» выражению морды лица, снося второго «метросексуала» в нокаут.