— Ясно, гертальт штурм-фельдфебель.
Проговорили всё, что требовалось, подписали всё, что оформилось и отправились к третьему корпусу, где очередь перед четвёртым кабинетом уже успела рассосаться.
Собственно, был там не кабинет, а скорее приёмная с четырьмя рабочими столами, только один из которых оказался занятым замученной мадам унтер-капралом, посмотревшей на нас как на врагов народа:
— Чего опаздываем? — чуть ли не рычит она вместо приветствия.
— Виноват, гертальс капрал! Больше не повторится, гертальс капрал! — вытягиваюсь я в строевой стойке, а отделение, уловив важность момента, мгновенно выстраивается в шеренгу вдоль стены, — Нам бы разместиться, гертальс капрал!
— Ага… Ладно… Щас гляну, где там кубрик свободный… — немного смягчается мадам и разворачивает терминал.
— Гертальс капрал! Нам бы квартирки. Всем. Можно?
— Фига се! Это которые по штуке что-ль? — мадам удивлена. Давно она себя не чувствовала риелтором, надо полагать.
— Они, гертальс капрал!
— Офигеть…
— Ага… А если они все на одном этаже будут — вообще люкс. Можно так, гертальс капрал?
— Подожди, разговорчивый… Ща посмотрим… Так… Есть! На третьем этаже в одном крыле.
— Подходит, гертальс капрал!
— Оформляем?
— Ага!
Оформили аренду на год, получили ордера на заселение и моё отделение дружно утопало расселяться.
— А ты чего застыл, разговорчивый?
— А я, гертальс капрал, ещё хочу прислугу прикупить. Синтета. Ну… То есть синтетку. Вот… — изображаю смущение я. На фига лицедействую? Да мне не жалко, а тётке приятно. Будет что с товарками пообсуждать.
— Ха! Синтётку тебе, значит? — капральша красноречиво ухмыляется, — А в курсе почём встанет?
— Ага… Десять золотых. Мне бы в рассрочку… Месяцев на десять…
— Да не вопрос, на самом деле. Сегодня и доставят, — говорит капральша и выкатывает мне не то третий, не то четвёртый на сегодня договор.
Проговорили нюансы, подписали, что надо. Всё. Свободен до завтра, как сопля в полёте. А от зарплаты моей на ближайшие десять месяцев остаётся двести серебром. И ладно. На сигареты хватит.
Обед — ничего удивительного или достойного упоминания. Построились, поверились, взводной коробкой отмаршировали в столовку. Там тоже ничего нового — всё типовое, в том же, ранее не раз уже виденном стиле. Обед тоже типовой: первое, второе и компот. Если честно — невероятная бурда с неопределёнными цветом, вкусом и запахом, нами виденная и откушанная уже неоднократно. Что в принципе и пофиг, ибо содержит оно весь положенный комплект жиров, белков углеводов, витаминов, минералов и чего-то там ещё. Короче, жрать можно, но на вкус… оно. Обычно. Но это для нас с Хорхе. Личный состав осматривается с интересом — им в новинку. Оно, в принципе, и понятно. Сюда они летели в качестве багажа, да и на Земле весь период ожидания провели в капсулах. Так что не видели они ничего ровным счётом, кроме казармы на перевалке. Нестрашно — обвыкнутся.
Сели всем отделением за один стол, благо они так и рассчитаны. В процессе употребления пищи обращаюсь к «бойцам» (пока именно в кавычках, а дальше посмотрим):
— Ребят! — пока на равных, все мы тут унтер-рядовые, — Давайте после обеда состыкуемся, поговорим, познакомимся. А то только звания друг дружки и знаем. Вы как? Возражений нет?
— Давай перетрём, омбре, — говорит Хорхе, — Лишним не будет.
Остальные отвечают неразборчивым, но одобрительным бурчанием. Ну и ладно. Значит поговорим.
— Вот и отлично. Там в торце коридора, рядом с нашими кубарями комната чистки оружия и снаряжения. Давайте после обеда там и соберёмся. Лады?
Снова одобрительный гул отделения.
— Ну и добре.
Где-то минут через двадцать после обеда собираемся в комнате чистки оружия. Смотрю на людей… Да… Весело нам будет. Вот оно истинное значение термина «унтер-ноль». По итогам неспешного общения мы с Хорхе выясняем, что попали в какую-то грустную сказку. Из наших восьми «бойцов» только у двоих есть что-то в голове в плане воспоминаний о прошлой жизни, поскольку один бывший спинальник, а второй девушке не повезло родиться с ДЦП.
Спинальник в детстве попал под машину и приземлился в кресле-каталке, в которой и провёл всю жизнь до встречи с вербовщиком. За предложенный контракт ухватился он руками и зубами. Обучение у парня — исключительно база. Всему остальному будет учиться. В общем, вот он перед нами — унтер-рядовой Цепеш. Почему Цепеш? А потому что, во-первых, Влад, а во-вторых, родом он из Трансильвании. Неплохая заготовка для изготовления солдата — сто восемьдесят сантиметров роста и под сотню кил костей, сухожилий и мышц. База есть, короче. А остальное навертим.