Мы молча уставились друг на друга. На какую-то долю секунды у меня в голове даже вспыхнула совершенно нелогичная и сумасшедшая мысль поцеловать этого мужчину. Просто взять, наплевать на всё и поцеловать. Зачем? Для чего? Я понятия не имела. К счастью, этот позыв быстро исчез, оставив после себя бледный след упавшей кометы.
— Спасибо тебе, — прошептала я и осмелилась прикоснуться своей ладонью (пусть она и была в перчатке) к его.
Мне не нравилось, когда меня начинали жалеть, но даже в этом моменте с Валерием снова всё сложилось иначе. Он не жалел меня и не смотрел как на ущербную. Просто озвучил то, как должна развиваться жизнь и то, какой несправедливой или жестокой она временами бывает.
— Я рада, что судьба нас познакомила.
Пусть это могло показаться слишком пафосным, но я сказала то, что действительно думала.
— Я тоже, — ответил Валерий и накрыл мою ладонь своей.
Тепло его кожи проникло по тонкую вязку перчатки и словно прикоснулось ко мне, просочилось в поры. И этот почти что тактильный контакт ни капли меня не напугал и не заставил напрячься или вообще — одернуть руку.
Мне просто снова стало тихо и спокойно.
14. Столкновение.
Поправив полы своего пиджака, я опустила ладони на металлический поручень и посмотрела на небо. В лучах закатного солнца оно выглядело неимоверно красивым. Его лиловые и персиковые облака напомнили мне воздушный сладкий десерт. Я рассматривала их и параллельно с этим занятием выстраивала внутреннее равновесие и спокойствие. Всё это мне сегодня непременно пригодится. Да и в целом после этой маленькой подготовки я просто буду чувствовать себя уверенней.
Январь в Париже оказался довольно дождливый и серый. Но сегодня выпал именно тот день, на закате которого невозможно было не полюбоваться красивым небом. Возможно, если бы вокруг лежал снег, я бы так мысленно не удивлялась тому, что уже наступил январь. Казалось, что только вчера мы сошли с трапа самолета в предвкушении получить новый опыт, а уже сегодня время вдруг решило сделать такой резкий скачок.
С другой стороны, это было не так уж и удивительно. Я продолжала усердно работать, продолжала набираться опыта. Не всё было гладко, порой усталость доводила до слез, но я преодолевала ее и продолжала идти вперед. У меня была мотивация, а эта штука оказалась очень крепкой и действенной. Плюс я старалась брать пример с Вала. Этот человек работал двадцать четыре часа в сутки.
Наша вылазка на концерт стала единственным отрезком времени для отдыха. Затем случилось глубокое погружение в океан под название «Работа». Мы с ребятами взяли небольшую передышку на рождественский период, после которого стало известно, кого Val Games из нас оставит, а в чьих услугах больше не нуждается.
Несколько ребят из нашей делегации были отправлены домой еще осенью. Подробностей я не знала, но кажется кто-то из них был вынужден уехать по личным причинам. Нас с Лилей и Тимуром оставили. А вот с Глебом и Ярославом пришлось попрощаться и прощание это оказалось весьма тяжелым. В конце концов, мы прожили под одной крышей не один месяц, но таковы были жесткие правила бизнеса. Вал не «купал» нас в иллюзиях. Он в самом начале сказал обо всем прямо, поэтому ты либо принимаешь правила, либо нет.
Глеб с Ярославом улетели на прошлой неделе, но Лиля до сих пор немного грустила по этому поводу. А я… Я расценивала эту ситуацию без воздействия эмоций. Меньше людей, выше вероятность, что тебя заметят. Вопреки нашей с Валом дружбе, мне никто никаких поблажек не давал. Я работала и училась наравне со всеми остальными. Никакого особого отношения ко мне из руководства никто не проявлял, что было вполне правильно и логично. В конце концов, мне было интересно общество Вала не из-за возможности получить определённые привилегии для дальнейшего продвижения по карьерной лестнице.
После того как стало известно, что мы с Лилей остаемся работать, к нам на выходные прилетели ее родители.
— Позвони маме, расскажи о том, что тебя взяли в штат сотрудников, — предложила мне Лиля, пока мы собирались на встречу к ее родителям.
У меня даже не возникло такой идеи. Как только стала известна наша дальнейшая судьба в компании я ни на секунду не задумалась над тем, чтобы поделиться этой замечательной новостью с матерью. Зачем? Ради чего? Я уже наперед знала, что она не станет за меня искренне радоваться. Такая вот действительность отношений с эгоцентричной матерью.
— Потом обязательно позвоню, — я улыбнулась Лиле.