— Что ты здесь делаешь, Нулгорей? — раздраженно поинтересовалась Биара, даже не пытаясь скрыть разочарование в голосе. Увидеть древнего ей хотелось гораздо больше, чем старого архимага, пускай даже присутствие второго здесь казалось более неуместным. — То же, что и ты, маленький Феникс — ищу ответы.
Биара сощурилась, чувствуя, что ничем хорошим эта встреча для нее не обернется.
— Я виделась с Алькиром, и он сказал, что мой единственный шанс на спасение находится в этом храме, — произнесла она, с неудовольствием отметив, как сильно хрипит голос от волнения. — Ты случайно не знаешь, что он мог иметь в виду? — О, знаю отлично! Видишь ли, я рассчитывал на то, что он отправит тебя сюда. Не буду ходить вокруг да около: я просто хочу побеседовать. В знак добрых намерений, сразу открою перед тобой все свои карты, тем самым показывая, что более мне нечего скрывать.
Ловко соскочив с колонны, Нулгорей взял себя за брови кончиками пальцев и стал медленно тянуть в стороны. Кожа осторожно расползалась по мере того, как он тянул, обнаруживая под собой лицо старого дирижера. Освободившись до плеч от оболочки, демон отпустил ее, и та плавно соскользнула вниз, полностью освободив нынешний облик Нуусакхана. Волшебная кожа мягко осела подле него, превращаясь в темное вещество.
На Биару уставились два прозрачно-голубых глаза с вертикальными зрачками. Повинуясь инстинкту, она выстрелила в демона огненным шаром. Как только пламя сорвалось с кончиков пальцев, девушка ринулась к выходу.
— На первый раз прощу тебе подобную выходку, но если посмеешь ее повторить, то я стремительно перейду от той части, где пытаюсь договориться с тобой в дружеской атмосфере, к той, где принуждаю болью и пытками.
Едва отголоски его последних слов пронеслись по залу, Биара на бегу почувствовала, как в спину ударило что-то тяжелое, сиюминутно обвив ее вокруг плеч. Следом странное щупальце поднялось вверх и, встряхнув девушку в воздухе, приблизило к Нуусакхану. Ноги Биары снова коснулись земли, но волшебные путы не позволяли двигаться, а в голове мутило от резкой встряски. Немного придя в себя, она смогла рассмотреть сдерживающее ее эфемерное щупальце, от которого исходили клубы темного дыма. Один его конец заканчивался подобием тонкого якоря с несколькими шипами по бокам, а второй исходил из ладони демона.
— Неужели ты, бедняжка, думала, что те события в Сивилии — верх моих способностей? — вкрадчиво полюбопытствовал Нуусакхан. — О, Феникс! Тогда я лишь прощупывал почву, изучая тебя. Все твое путешествие — одна большая ловушка, что в итоге должна была привести сюда. Ты попадала в умело расставленные мной капканы, один за другим. И все они постепенно, шаг за шагом, направляли тебя в этот храм.
Биара молчала, устало изучая лицо демона. Прочное магическое щупальце слишком крепко сдерживало ее, не давая шанса на какой-либо маневр, разве что…
— Полагаю, Алькир рассказал о происхождении твоих способностей, — продолжал тем временем Нуусакхан. — Все это связано с наследием древних, чья кровь течет в жилах антимагов. Ты должна знать, что древние давным-давно покинули этот мир, отправившись на поиски последнего элемента. Отчего-то прежде, чем покинуть Каотею, они плотно запечатали портал в то место, куда ушли. Сколько я не пытался попасть туда или хотя бы понять — что за мир откроет пред нами тайну четвертого элемента? — все было без толку.
Пока он разглагольствовал, Биара попыталась найти подходящий объект. Как назло, храм целиком состоял из камня, оставаясь непригодным для поджога. Единственное, что могло загореться — одежда демона. Поскольку выбора особо-то не было, девушка сосредоточенно уставилась на чешуйчатый сюртук, но тут Нуусакхан предугадал ее намерения, и почти сразу щупальце сжалось плотнее.
— …Никто из моих собратьев не мог похвастать той же настойчивостью и амбициями, коими владел я, — продолжал он как ни в чем не бывало. — Приходилось самому подбирать те скудные крупицы, что оставили за собой древние, и собирать из них мозаику. Даже милая Алриша не разделяла моей увлеченности загадкой древних. — На кой черт тебе этот «четвертый элемент»? — прохрипела Биара, с трудом вдыхая воздух: путы Нуусакхана слишком крепко сжимали ее, сводя на нет все попытки нормально вдохнуть. — Ты же демон, разве вы не любите попросту все разрушать и портить жизнь остальным?
Ее слова вызвали у Нуусакхана приступ смеха, похожий отнюдь не на дьявольский хохот, а скорее на то, как если бы смеяться попытался мертвец со сгнившими легкими.
— Портить жизнь? — переспросил он, закончив издавать странное сипение. — Иногда я поражаюсь тому, насколько другие народы примитивны и как скудны ваши познания об Альмере и ее детях. В моем мире нет материальных оболочек — одна лишь энергия хаоса, званая у вас темной маной. На протяжении вечности жить в этом кипящем котле среди подобных себе сущностей очень непросто. Поэтому, если кому-то из нас выпадает шанс проникнуть в другой мир, то уж там мы стараемся либо загнездиться как можно крепче, либо натворить столько хаоса, сколько удастся, и вернуться в Альмеру героями.
Мой же план не похож ни на первое, ни на второе. Прибыв сюда, мне пришлось существовать под личиной талантливого волшебника Нулгорея, что со временем вступил в независимую коллегию магов. Я собирал вокруг себя податливых союзников и проникал в высшие круги Дауэрта. Таким образом, все Королевство оказалось у меня в кармане. Между прочим, визитом моих слуг в Северные Врата ты обязана подружке-принцессе. Именно она подсказала мне, где тебя надлежит искать.
— Азора бы никогда не сдала меня, пускай даже архимагу!
— О, Феникс — она не просто «сдала». Азора продала тебя, сообщив эту информацию в обмен на одну услугу. Видишь ли, нашей общей знакомой срочно следовало укрепить свою политическую позицию, а потому я подбросил ей кость в виде Валтора и кучки магов из моей коллегии, которые станут служить Королевству, образовав какой-то там орден. Не скажу, что для меня это была такая уж большая потеря — щенок-ученик был слишком узколобый и не перешел бы на мою сторону в нужный час, а вместе с ним ушли все те, в чьей лояльности я сомневался. В соответствующий момент, когда более не нужно будет скрываться, я прихлопну всех этих блох разом с их королевой.
— Лжец!.. Ты не мог знать, что я приду в Незрячую Долину! — из последних сил прохрипела Биара, закашлявшись.
Легкие жгло огнем, а из-за малого поступления кислорода начало темнеть перед глазами. Когда она была на грани потери сознания, Нуусакхан ослабил путы, позволив чуть свободнее дышать. На смену удушению пришла сильная головная боль. Демон же и не думал прекращать свою, интересную ему одному, речь:
— Я знал отлично, что по итогу ты попадешь сюда. Прикажи я сразу идти в Незрячую Долину, ты бы прониклась подозрением. Нет, я действовал намного более утонченно, ведь знал, что глупец-Алькир по итогу укажет тебе на портал в Эльванорус-кхай. Он считает себя умнее других, а сам до сих пор не подозревает, что все это время работал бок о бок с сыном Альмеры. Ты же, после всего пережитого, не могла свернуть обратно. Надежда — невероятно крепкая мотивация, тем более для таких невежд, как люди.
Теперь вернемся к той части, где мне понадобится твое жалкое существо. В храме есть портал, служащий печатью, что не позволяет попасть в мир, ставший последним приютом для древних. Из старинных записей мне удалось узнать, что в Эльванорус-кхай невероятно слабая энергия мира — а соответственно, и хаоса. Это значит, что я буду там крайне слаб, и мне понадобится армия преданных антимагов, которые станут сражаться на моей стороне.
При помощи этого ключа, — и тут Нуускахан достал из нагрудного кармана брошь — ту самую, за которой охотилась Азора и которую впоследствии нашла Биара, — ты сломаешь печать и наконец откроешь портал в Эльванорус-кхай — загадочный мир, где находится источник четвертого вида энергии.