Согласись, маленький феникс, ты ведь всегда мечтала именно о таком месте? В тебе есть все, что необходимо: преданность, сила, отчаянность. Я знаю, ты заинтересована моим предложением — тебя выдают мысли, чувства и, разумеется, страх. О нет, незачем стыдиться, ведь я все равно вижу тебя насквозь: ты так устала убегать не пойми от чего, пытаться отыскать себя в этом мире… устала быть уязвимой, отовсюду ждать опасности — даже от тех, кто якобы был тебе дорог. Поверь, не стоит растрачивать свою преданность на них, ведь они того недостойны.
Биара непонимающе нахмурилась, а демон продолжил:
— Я видел, как тот дракон смотрел на тебя. Он не стоит ни твоей силы, ни верности. Ему нужна всего лишь слабая спутница рядом — я же предлагаю быть моей правой рукой в грядущей битве! Ты достойна этой роли, маленький феникс, как никто иной.
Нуусакхан наконец умолк и сделал то, чего больше всего боялась Биара: посмотрел ей просто в глаза, пригвоздив к одному месту, будто муху шпилькой. Она почувствовала, как кровь стынет в жилах, а сердце постепенно замедлят свой ход. Казалось, ледяной взгляд вытягивает из нее все теплое, светлое, оставляя за собой холод и пустоту.
Что ей было сказать? Нуусакхан едва ли не читал мысли Биары. Она и вправду всегда восхищалась ролью надежного помощника, умела быть преданной. Все, что говорил этот демон, звучало заманчиво, но ее останавливало то, что случится, если она выберет этот путь.
У каждого действия есть свои последствия — Биара знала это едва ли не с самого рождения. Она понимала, что если изберет путь, предлагаемый Нуусакханом, то более не будет ни о чем раздумывать, не станет заботиться о последствиях. Потому о них следовало думать сейчас, пока выбор еще не сделан. В глубине души девушка осознавала, что Нуусакхан — демон и воплощает зло, хоть и все то, что он говорил, было так близко ее собственным взглядам. Она колебалась.
— Это ведь ты убил эльфов в лесах Нивнель-аб-Торук? И уничтожил селение орков?
— Да, — коротко ответил Нуусакхан, будто и вовсе ничего страшного в этом не было. — Значит, именно от тебя исходил источник темной энергии?
Демон согласно кивнул.
Биара пребывала в смятении. Она не знала, что ей выбрать. Добро, за которое сражалась, на стороне которого так долго была, не выглядело особо прельщающим. Оно редко награждало, зачастую ставило под сомнение свои взгляды и принципы. Зло же, хоть и выглядело многообещающим, тоже не собиралось вскоре одаривать. Оно награждало лишь поначалу, прикармливало, пока человек не поддавался полностью его влиянию, не становился зависимым. Тогда, в конце пути, зло отбирало у него самое дорогое, оставляя одно только осознание собственного ничтожества. Злодеи никогда не бывают счастливыми по-настоящему. Все, что у них есть — жалкий компромисс счастья. Что ж, если и был так званый выбор между добром и злом, то Биара уже однозначно сделала свой. И находился он где-то посредине.
— Твое предложение звучит весьма заманчиво, демон, но ты не учел одного: я не хочу довольствоваться ролью ни левой, ни правой руки. Я желаю быть предводителем, а не первым помощником!
Она швырнула в Нуусакхана огненный шар. Как раз в этот момент со второго яруса послышался шум: кто-то пытался попасть внутрь. Демон вытянул левую руку, небрежным движением отбив ее атаку. Биара создала еще два небольших шара, по одному в каждую руку, наделив их сильной взрывной мощью. В этот момент Борзая выпрыгнула, целясь острыми зубами в руку демона.
Нуусакхан что-то прошептал краешком губ, и малойкльер с ревом отлетел, сбитый невидимой силовой волной. Пользуясь заминкой, Биара поочередно метнула пламенные снаряды. Один из них пролетел мимо, взорвавшись в двух метрах от демона. Второй задел в полете его бедро, отчего сразу же взорвался. Нуусакхан пошатнулся, однако взрыв не нанес ему никакого вреда, а странные одеяния из черной чешуи даже не загорелись.
— Вижу, ты еще не отточила броски? — свистящим голосом произнес он.
У Биары в который раз сложилось впечатление, словно его связки принадлежали полусгнившему мертвецу, отчего в речи проскальзывало шипение и свист. К сожалению, сам Нуусакхан совершенно не походил на разложившегося трупа и граничил между упомянутым выше дирижером и демонической сущностью, явившейся прямиком из самых страшных снов смертных.
— Под моим предводительством у тебя будет время многому научиться и усовершенствовать свои скудные навыки. Я превращу тебя в самый страшный кошмар твоих врагов, а друзья будут обязаны склониться пред твоей силой!
Нуусакхан прошипел заклинание, создав в руке иссиня-черный магический шар, и метнул его в Биару. Она отскочила, но сгусток магии за спиной взорвался, отбросив девушку силовой волной. Удар вышиб из легких весь воздух, а потому пришлось какое-то время лежать на месте, восстанавливая дыхание. Демон не спешил повторно атаковать и преспокойно стоял на месте, разглядывая ее.
— Еще не передумала? Мое предложение в силе.
Вместо ответа Биара поднялась и вытянула обе руки вперед, немного пошатнувшись на усталых ногах. В голове все еще гудело после удара, но она заставила себя сконцентрироваться. Из ладоней вырвались две ровные струи огня, метившие просто в грудь демону. Нуусакхан хищно улыбнулся и взмахнул руками, создав вокруг себя полупрозрачную сферу болезненно-зеленого оттенка. Пламя врезалось в магический барьер, не в силах пройти дальше. Как Биара не старалась, сколько усилий и энергии не прилагала, пробить его защиту не удавалось.
Поединок выматывал. Она еще никогда не сражалась так долго. Помимо физической усталости, энергия, излучаемая Нуусакханом, истощала морально. Девушка прекратила атаку, стараясь устоять на месте и не повалиться наземь от усталости.
— Ты ведь понимаешь, что я, пускай даже пытками, но заставлю тебя принять мое предложение?
Демон легко взмахнул одной рукой, и ее подхватила невидимая сила, швырнув прямиком об одну из колонн. Воздух повторно покинул легкие, заставляя судорожно вдыхать и кашлять. Во рту ощущался сильный вкус крови то ли от прокушенного языка, то ли от выбитых зубов, то ли от чего похуже.
Внезапно к сражению вернулась Борзая. Она предприняла еще одну храбрую попытку нападения, на что Нуусакхан ответил встречным заклинанием. К счастью, серая молния пролетела мимо, так как кошка успела проворно отскочить. После она снова предприняла попытку атаковать, стараясь тем самым выиграть время для напарницы. Хотя поединок малойкльера с демоном длился меньше минуты, Биаре показалось, что прошла целая вечность. Ребра непрестанно болели при каждом вдохе, а голова раскалывалась надвое от удара. Она не могла заставить себя не то, что подняться, но даже пошевелиться.
«Не хочу, не хочу, не хочу», — крутилась волчком в раскалывающейся голове единственная фраза. «Не хочу боли, не хочу сражаться, оставьте меня, оставьте…» Она чувствовала себя маленьким ребенком, и таковым желала оказаться.
В реальность ее вернул треск на втором ярусе. Девушка заторможено подняла взгляд вверх. Там стоял напряженный Валтор, решительный король Зентар, встревоженный Хьюго, серьезно настроенная Азора и еще двое неизвестных ей рыцарей.
— Биара! — крикнул кто-то из них — она не смогла узнать голос.
Валтор скороговоркой пропел заклинание левитации, и вот он уже парил под потолком, начиная серию атак. Из его рук полетели красные молнии, разрастающиеся на пути к своей жертве. Нуусакхан выкрикнул слово на неизвестном языке, вытянув левую руку вперед. Молнии, будто к громоотводу, ринулись к его широко расставленной ладони и собрались в ней потрескивающим красным шаром, который демон не повременил отправить обратно к Валтору. Ученик архимага был вынужден уворачиваться.
За время этого короткого поединка вниз успели спуститься оставшиеся союзники, пользуясь гобеленом, вероятно, по наводке принцессы. Они окружили Нуускахана неплотным полумесяцем. Биара поднялась с холодного каменного пола, тяжело опираясь о не менее холодную колонну. Тело все еще болело от удара, а мысли были спутаны и нетрезвы, но она заставила себя следить за боем. Борзая вышла из тени, ткнувшись лбом ей в ладонь.