Опрокинутый человек так и остался лежать на сырых досках сомнительного заведения. Из-за стола встали два дюжих полуэльфа и угрожающе двинулись к нему, спеша вышвырнуть наружу. Незнакомец оказался не так прост и вовсе не собирался столь скоро сдаваться. Едва придя в себя после падения, он вскочил на ноги. Полукровки не опешили: набросились вдвоем на него, повалили наземь, следом за чем один из них сорвал с его груди небольших размеров футляр. Незнакомец при этом всячески пытался вырваться и отвоевать вещицу обратно, но вышибалы, одаренные мускулами своего человеческого родителя, еще раз прошлись кулаками по его лицу.
Биара сочувственно поморщилась. Она мельком взглянула на рысь, желая узнать реакцию малойкльера на происходящее. Борзая сидела рядом и глазела скорее заинтересованно, нежели встревоженно. Видимо, ей не было дела до происходящей на глазах несправедливости.
«Единственное, до чего тебе есть дело, так это до еды местных посетителей, не так ли?» — мысленно обратилась к ней Биара, но ответа так и не получила.
К этому времени вышибалы-полукровки уже успели выволочь из таверны свою жертву, бросив несчастного прямиком в лужу. Полуэльфы отобрали у незнакомца его странный предмет, сокрытый кожаным футляром, и под неприличные окрики вернулись за стол.
Шайка еще долго праздновала триумф. Они приобрели у хозяина заведения бочонок эля и распивали его, иногда подзывая кого-то из посетителей, чтобы угостить. Те робко подходили и принимали кружку добротного напитка под выкрики и улюлюканье эльфов на их странном наречии, состоящем наполовину из людских, наполовину из эльфийских слов. Гости даже не подозревали, как в этот момент полукровки поносили их, да так, что остальные эльфы в таверне отворачивались, пряча под копнами волос кончики порозовевших от стыда ушей.
— Не нужно меня волочить, будто ребенка какого! — возмутилась гномиха, отдернув руку. — Красавица, ты одна выпила рома за троих рослых мужчин, — устало возразила Биара, вновь хватая гномиху, тем самым помогая ей удержать равновесие. — Я удивлена, как ты вообще после такого на ногах держишься. — Ну, так это ваши мужчины, — философским тоном заметила Ингрид. — Гномам и не такое под силу. — Не смею усомниться.
«Что за дивный народец», — раздраженно думала Биара, кряхтя под немалым весом гномихи. Рана на животе возмущенно отозвалась ноющей болью, на что девушка мысленно послала ее куда подальше.
— Борзая, не отставай!
Дождь все еще лил непрерывным потоком. Даже новый, вполне сносный плащ не спасал от влаги. Ледяная струя воды стекала за шиворот, отчего вся одежда под низом промокла и отяжелела. Возможность высушить одежду появится лишь когда они доберутся до постоялого двора, ну а чтобы в свою очередь дойти до него, следовало дотащить туда в стельку пьяную Ингрид. Идти, поддерживая гномиху, было тяжело, так как весила она, казалось, не меньше нескольких Биар разом взятых.
— Эй, ты! Та, что тащит пьяного гнома. Подойди сюда!
Биара замотала головой, пытаясь понять, кто же с ней заговорил. Под таким сильным ливнем было невероятно трудно что-либо услышать — не говоря уж о том, чтоб обнаружить говорящего. Выручила Борзая, что сразу же определила источник голоса и подбежала к стене одного из домов. Там, укрывая голову курткой, стоял мужчина со всклоченной седой бородой, которого ранее полукровки выволокли из трактира.
— Ты ко мне подошла — хороший знак, — заметил он. — Что тебе нужно? — недовольно вопросила Биара. Дождь окончательно промочил всю одежду, да еще и Ингрид окончательно повисла на ее плече. — Я слышал, вы ищите проводника к Аривия-лоне? — невозмутимо спросил незнакомец, словно это вовсе не его ранее поколотили двое полуэльфов. — Где ты это сл… — Один из рейнджеров, которому вы отказали, жаловался неподалеку от трактира, а я ненароком подслушал, — прервал он ее. — Вам удалось кого-то в конце концов нанять?
Биаре хотелось соврать, только бы этот странный тип отцепился, но она понимала, что ситуация была критической, а потому стоило пойти на риск.
— Нет, — после недолгого колебания отвечала девушка. — Славно, потому как я здесь затем, чтобы предложить свою помощь. Готов провести вас к столице в обмен на небольшую услугу. — Услугу? — недоверчиво переспросила Биара, покрепче перехватив кисть гномихи. На мгновение ей показалось, что она слышит храп. — Видишь ли, тот футляр, что полукровки у меня отобрали, был с одним невероятно важным… предметом, без которого я не смогу провести вас через Нивнель-аб-Торук. Если сможешь достать мне его обратно, взамен я отведу вас к столице.
— Погоди-погоди, как она сказала? «Убегала от АЛЧНОГО жениха»? —раздался тихий рокот, являющийся подобием смеха у Фальдугала. — Вот за что я всегда любил эту девчонку, так это за ее чувство юмора! Приятно знать, что оно сумело продержаться вместе с ней спустя все это время, — зеленый толстяк вновь довольно загудел. — Очень смешно, — ядовито отозвался Хьюго, что стоял неподалеку в человеческом облике. Он облокотился на дерево, скрестив руки на груди, и раздраженно смотрел на то, как потешался его друг. — Будь ты на моем месте, так бы не смеялся! — А вот тут ты ошибаешься, — фыркнул Фальдугал, лукаво прищурившись. — Если бы я и обзавелся постоянной подругой, то только ради такого же непреклонного чувства юмора. Ее едва не убили, а она все равно сумела тебя поддеть — ну не прелесть ли? — Ты безнадежен, — покачал головой Хьюго. — Уже жалею, что рассказал тебе. — Ничего-ничего, позлишься немного и остынешь. Иначе с тобой никто бы не ужился.
Лицо Хьюго стало еще угрюмее. Поняв, что точка кипения близко, Фальдугал поспешил отвлечь его:
— Есть у «брошенного жениха» дальнейшие планы? — Мы ведь с ней и обручены-то не были! — вдруг выпалил Хьюго. — Биара сама говорила, что не верит в понятие «брака» и считает его не более, чем глупой человеческой традицией — и тут вдруг она говорит такое! — То есть теперь ты уже уверен, что твоя Биара и та, которая ныне бегает по Дауэрту — один и тот же человек? — насмешливо полюбопытствовал зеленый дракон, однако Хьюго был столь взволнован, что даже его не расслышал. — Зачем она так сказала, зачем?! Что, если на самом деле она прекрасно все помнит и попросту обманывает меня, притворяясь другим человеком? — У тебя началась паранойя, которая драконам не слишком-то свойственна. Такими темпами…
Хьюго его не слышал. Он принялся нервно расхаживать взад-вперед, глядя себе под ноги и рассуждая вслух:
— …это бы объяснило некоторые вещи, как например когда она знает или повторяет то, что уже делала прежняя Биара, но я не могу поверить, что она намеренно меня обманывала на протяжении всего этого времени… — Так, — Фальдугал с силой ударил хвостом, отчего земля вокруг вздрогнула. Это вызвало нужный эффект, и Хьюго наконец остановился, глядя в его желтый глаз. — Чего ты так боишься, старый друг? Зачем ей так с тобой поступать? — Потому как именно по моей вине все это случилось! Если бы не я, Малисьерра никогда бы и не узнала о ее существовании, понимаешь? Биара никогда не разбила бы этот проклятый кристалл и не исчезла, попав в другой мир. Лишь я виноват во всем, что с ней произошло — я один! — выкрикнув это, он спрятал лицо в ладонях. — Только на мне лежит ответственность за все те несчастья, что с ней произошли и продолжают происходить!
[1] Гномы поклоняются семерым богам. Один из них есть Гибав, так часто упоминаемый Ингрид.
Гибав олицетворяет собой веселье и благодушие, силу и храбрость в боях. Он передает саму суть гномьего духа: в мирное время у них приветствуется доброта и гостеприимство, но как только что-то угрожает твоему народу, пора взяться за топор и проявить боевую отвагу.
[2] Глупый Человек! (эльф.)
[3] Отбери у него это, Шаэль! (эльф.)
====== Своими силами ======
Огромный особняк купался в лучах восходящего солнца. Высотой в два этажа, он раскинулся посреди яблоневого сада у окраины. Невысокие горбатые деревья скрашивали ландшафт вокруг, заставляя позабыть о том, что всего лишь в нескольких десятках шагов его обступал оживленный город.