Плечи гномихи опять пришли в движение, из-за девушка едва не рухнула вниз.
— Да стой же ты смирно! — сквозь стиснутые зубы прорычала она, ища пальцами более надежный выступ.
Набрав в легкие побольше воздуха, Биара с огромным усилием подтянулась, стараясь игнорировать боль от пореза. Перед глазами оказалось то самое окно, что было слегка приоткрыто наружу. Все так же не дыша, она вытянула вперед руку, цепляясь за подоконник. Почувствовав под пальцами крепкую опору, девушка последним усилием подтянула себя еще немного вперед — ровно настолько, чтоб перекинуть одну ногу через окно. Как бы не старалась, приземлиться внутрь бесшумно не получилось. С приглушенным гулом осев на пол, Биара потратила несколько минут на то, чтоб отдышаться и привести мысли в порядок. Все тело дрожало от непривычных усилий, но вскоре пришлось заставить себя подняться и выглянуть наружу.
— Так что с сигналом? — громким шепотом поинтересовалась гномиха, отряхивая наплечники. — Не знаю… свистеть умеешь? — Очень неподозрительно. — Ну так придумай что-то сама! — Хм, — Ингрид задумалась. — Удар камня по лезвию секиры? — А это чем лучше? — По крайней мере, смогу отвлечь их внимание на себя. — Хорошо, удар камня по секире, договорились. — Камня по лезвию секиры, — поправила ее Ингрид.
Биара в ответ отмахнулась и исчезла в особняке.
Внутри воздух был невероятно сухим, насквозь пропитанный пылью и запахом старой мебели. Старые стулья, столы и гардеробы валялись тут и там, некоторые из них были накрыты грязными тряпками и покрывалами. Биара замерла, прислушиваясь к звукам особняка. Все было тихо, и никакого присутствия, помимо ее собственного, не ощущалось. В комнате, где она оказалась, не было двери: вместо нее зиял пустой проем с вырванными петлями. Девушка неспешно подошла к нему и выглянула наружу.
Перед ней оказался П-образный коридор, вдоль одной стороны которого были комнаты, а с другой деревянная перегородка, за которой виднелся лестничный проем и часть нижнего этажа. По ее примерной оценке, комнат было не больше дюжины, и во все из них следовало заглянуть. Впереди красовались три комнаты, следом был поворот налево, ведущий к еще одному коридору с двумя комнатами. Биара решила пойти вперед и проверять все помещения на своем пути. Двигаясь невероятно тихо, она начала поиски.
Первая дверь оказалась заперта. За второй скрывался такой же захламленный бардак, как и в комнате, из которой она пришла. Третья была своего рода библиотекой: с высокими шкафами, на которых покоилась уйма книг. В любое другое время Биара бы с радостью задержалась здесь, но сейчас не могла позволить себе подобной роскоши.
Она миновала первый коридор и остановилась перед вторым, у которого были лишь две комнаты. Первая дверь поддалась не сразу. Поначалу девушка решила, что та просто закрыта, однако после более уверенного толчка оказалось, что изнутри ее подпирало множество хлама.
«Нет, сюда в последнее время точно никто не заходил и никаких трофеев не оставлял».
В пятой комнате дверь была заперта, а вот шестая оказалась самой интересной. Поначалу Биара приняла ее за очередную комнату-свалку, на полу которой валялись битые осколки стекла и керамики, однако приглядевшись поближе, она сумела различить очертания множества небольших и занятных предметов. Комната оказалась крепко зашторена, однако света от приоткрытой двери хватило, чтобы часть вещиц начала поблескивать и переливаться. Стараясь не наступать на осколки, Биара прошла внутрь, выискивая глазами очертания футляра. На одной из еще не обрушенных полочек стоял полупрозрачный шар. Не в силах подавить искушение, она подошла ближе и склонилась над ним.
Внутри шара гуляла густая молочная дымка, и чем дольше Биара всматривалась в нее, тем отчетливее в ушах стоял перезвон мечей, ржание коней и боевые кличи солдат. Дымка приобрела облик коня, верхом на котором восседал всадник в тяжелом доспехе. Он пригнулся к шее лошади, чтоб избежать попадания стрел, жужжащих вокруг. Фигуры приобрели краски, и вот она уже видит картину прошлого, глядя на нее со стороны. Две волны солдат схлестнулись в битве, мечи ударялись друг о друга с высоким и пронзительным «дзын-нь!» Звук настойчиво повторялся, так что даже крики воинов и раненых не могли его перебить.
На глазах Биары первый всадник поднялся в стременах и насадил на длинное копье несколько хрупких фигурок воителей, облаченных в легкие доспехи. Солнце выползло из-за туч, осветив багровые пятна крови на их бежевых туниках, поверх которых была надета обтекаемая броня оттенка жухлой травы. Рыцарь стряхивал с копья тела эльфов, когда напротив него появился еще один всадник, но не на лошади, а на огромном трехрогом олене с двумя симметричными рогами оттенка бирюзы и одним по центре — алым как кровь. Всадник на олене тоже держал в руке копье, но оно отличалось плавностью форм и перекликалось с тематикой природы: его наконечник напоминал заостренный лист плюща…
Позади раздался грохот. Не успела она обернуться, как одним уверенным толчком была повалена наземь. Плечи Биары больно сжали, а ей самой с поражающей быстротой связали руки за спиной, за них же подняв на ноги, доставляя невообразимую боль. Все вокруг было размыто из-за легкой пелены выступивших слез.
— Так-так, у нас тут завелся воришка, — перед ней возник не кто иной, как сам главарь шайки.
Тяжелое массивное тело, эльфийские черты лица, янтарные раскосые глаза и пучок белесых волос на макушке. Из одежды на нем красовалась длинная эльфийская туника, поверх которой был наброшен кожаный жилет нараспашку со множеством кармашек — такие обычно принадлежали ремесленникам. Вместо штанов служили тонкие замшевые лосины, а вместо сапог донельзя нелепые эльфийские сандалии из соломы и тонких кожаных ремешков.
«Вот так бунтарь», — невесело подумала Биара, окинув полукровку взглядом с ног до головы. Этот жест пришелся ему не по душе, и он замахнулся с целью влепить ей пощечину, однако в последний миг передумал. Вместо этого полуэльф спросил:
— Что ты пыталась украсть?
Биара молчала.
— Шаэлла, как там поживает паррака
2
? — Здесь она, — в темную комнату зашел еще один полукровка, волочащий за собой связанную Ингрид. — С этой пришлось повозиться.
Главарь хохотнул и вновь повернулся к Биаре:
— О, я вижу, ты нашла шар «Битвы за Оковы Хавела»? Одно из самых легендарных сражений давних времен между людьми и эльфами. Воспоминания были извлечены друидами из старого дуба, что застал ту битву, и помещены в этот шар. Говорят, он состоит из того же материала, что и волшебные кристаллы. Правда иронично, что шар с этими воспоминаниями достался нам, детям обеих враждующих сторон? — Вы его всего-навсего украли, — презрительно сплюнула Ингрид. — Даже если так, — полукровка повернулся к гномихе. — Что от этого меняется? — То, что вы точно такие же воры — ничем не лучше нас, — отозвалась Биара.
Полукровка готов был ответить, но его прервал влетевший в комнату собрат.
— Анден! Там, на улице, нужна твоя помощь! — Я говорил тебе звать меня Андэлла, тупица! — злобно рявкнул главарь. — Что стряслось? — В саду на нас напал зверь! Он прячется в деревьях, но как только кто-то пытается приблизиться к особняку, он тут же выпрыгивает и атакует. У Санд… Сандэлла порвана рука, он истекает кровью! Только мне удалось прорваться к тебе, пока остальные отвлекают зверя. — Ладно, пойдем! — сдался Анден. — И сними ты уже эту чертову вещицу! Брось ее… не знаю. К книгам. А потом сразу за мной!
Прежде, чем он исчез, Биара успела разглядеть перекинутый через плечо кожаный футляр. Анден гневно пнул первый попавший под ногу предмет и кивнул Шаэлу в сторону двери.
— Иди разберись, я скоро буду. Что же до вас, — и тут он развернулся к девушкам, — вскоре мы тесно побеседуем. О кражах и не только.