Сложно сказать, сколько она провела на полу той комнаты. Известно только, что звуки шагов и громкие голоса, раздававшиеся из-за двери, привели её в себя. Она попыталась натянуть штаны, поняла, что не успевает, поскольку люди за дверью идут в её сторону. Схватила нож. Снова оглядела комнату в поисках выхода. На полу в углу валялись какие-то мешки, на одной из стен висела кривая полка, сделанная из одной доски, на которой ничего не было, в другом углу валялись бутылки, окно было забито досками.
Дверь открылась, издав протяжных скрип. Кто-то выругался. Вероятно, из коридора раздался голос: “ Что там такое?” – “ Эта сука убила Коэля!” – ответил вломившийся в комнату бугай. Девочка направила на него нож, но он быстрым движением выбил оружие из тонких пальцев, схватил её за руку и дёрнул вверх так, что ей пришлось стать на цыпочки. И тут в комнату вошёл он. Не очень высокий, худой, с длинными чёрными волосами. Его глаза внимательно осмотрели комнату. Вернулись к девочке.
Бугай тем временем занёс над ней руку. Громадную, мускулистую. Он мог убить её одним ударом. Мог, но не сделал этого, поскольку другой мужчина сказал: “Постой”. Его спокойный голос резко контрастировал с гневными интонациями первого:
- Почему постой? Она зарезала Коэля! Разбить малявке череп о стену, и дело с концом.
- Так-то оно так, но давай признаем, – длинноволосый снова обвёл комнату взглядом, – похоже, Коэля было за что прирезать. Он был тем ещё ублюдком и теперь в этом нет никаких сомнений.
- Ублюдком или нет, но он был одним из нас. – Возразил бугай. – Кровь за кровь. Ты знаешь, как это работает.
Длинноволосый покачал головой.
- Кровь за кровь - конечно правильно, но мы должны учитывать обстоятельства. Коэль должен был сделать работу, а теперь он не в состоянии. А работа должна быть сделана.
Мужчина приблизился к девочке и заговорил, на этот раз обращаясь к ней:
- Здравствуй, малышка. Хочу сказать, что я вполне понимаю, почему ты убила нашего товарища, но так уж вышло, что за ним осталось одно дельце. Не знаю, чем ты занималась до нашей встречи, но могу предположить, что тем же, чем и мы - выживала. И в этот раз у тебя снова будет возможность выжить. Ты сделаешь то, что должен был сделать Коэль, и тогда будешь вольна делать, что хочешь – уйти или остаться помогать нам. Но пока ты этого не сделаешь, твоя жизнь принадлежит нам. Я готов дать тебе неплохой шанс, ну и еды заодно. Вопрос в том, воспользуешься ты этим шансом или нет.
Пересохшее горло плохо поддавалось командам мозга, но в конечном итоге ей всё же удалось прошептать:
- Воспользуюсь.
- Славно. Кен, отпусти её. Малышка, скажи, как тебя зовут?
“Как её зовут? В лучшем случае — мелкой. Иногда сучкой. Добрый пекарь, который иногда отдавал ей корки заплесневевшего хлеба называл её занозой”. Плечи девочки слабо дёрнулись вверх.
- Не знаю.
- Гм. Нам придётся некоторое время поработать вместе, так что тебе нужно какое-то имя. Короткое и звучное... – Длинноволосый задумался на полминуты, а потом снова посмотрел на девочку. На его лице мелькнуло что-то напоминавшее улыбку. – Как тебе Фасиль?
Фасиль неуверенно кивнула.
Могила была готова. Обезображенный труп Руни лежал рядом. Фасиль обошла его сбоку и сапогом столкнула в яму. Рядом лежали ножны с его мечом. Неплохое оружие. Закапывать всегда быстрее. Земля быстро засыпала то, что раньше было Руни. Бескровное лицо мертвеца было обращено к небу. На нём застыло выражение непоколебимой уверенности с того самого момента, как Руни попросил убить его. Стоило ли соглашаться с ним? Он мог бы выжить. Только вот не хотел. Да и она не могла не согласиться. Слишком долго она делала то, что он говорил.
При их первой встрече он послал её пробраться в дом, который планировал обнести с друзьями. Её роль – идти первой и составить план дома. Она запросто могла сбежать или разбудить хозяев и всё им рассказать, но она была так слаба и напугана, а Руни хотя бы делал вид, что относится к ней хорошо. Да и как она могла предать человека, который дал ей имя? Тем не менее, убить его она всё же смогла.
Лицо Руни окончательно скрылось под комьями земли. Ещё некоторое время спустя над ним возвышался небольшой холмик. Пришло время подумать над чем-нибудь вроде кургана. Фасиль распрямилась. Это движение стоило ей ещё одной вспышки боли по всему телу. После чего она отправилась к полю боя.