- Нейтан, зачем ты нацепил на себя всё это?
- Если нацепил, значит, надо. Если тебя не затруднит, не мог бы ты не отвлекать меня от сборов?
- И куда же ты собрался?
- Мы сегодня ночью уезжаем из города, забыл что ли? – Осклабился Нейтан.
Элвис с силой толкнул дверь, и вошёл внутрь. Увидев незабудки на полу, он тихо чертыхнулся.
- Ты что, собираешься в одиночку убить бургомистра?
- И Энрике. А что?
- Во имя всех богов, я думал, мы договорились.
- Мы договорились, что через час после захода солнца мы уедем из города. О том, кто что будет делать до этого времени, мы не договаривались.
- Просто объясни мне. Ещё разок. Зачем ты это делаешь?
- Это моя месть.
- Месть!? За кого? За Донни? Ты же его терпеть не мог. С чего это теперь рискуешь жизнью из-за него?
- Это не важно. Он был частью команды.
- Вот как. А, может, ты просто псих, который никак не может признать поражение и которому хочется отыграться за уязвлённое самолюбие? Может, тебе всё-таки наплевать на Донни и вообще на всё, кроме твоей чёртовой жажды крови и развлечений?
- Формально это не моё поражение, а ваше. Я лежал в больнице и никак не мог повлиять на происходящее. Так что тут ты не прав. Что касается моей жажды крови, ты и в этом ошибаешься. Да, я жажду крови, но вполне конкретного человека по конкретной причине, и если ты не хочешь мне помочь, то помешать мне ты просто не сможешь.
- Мы не будем тебя ждать.
- Ну, зато я вас подожду.
После этого весьма непродуктивного диалога Элвис вышел, хлопнув дверью.
Итак. Фляги прикрепляются к верёвке на левом боку. Огниво — в мешочек на поясе, один нож — за голенище сапога, один — на пояс, а третий — в правый рукав. Арбалет над промасленной верёвкой на правом боку с натянутой тетивой. Поверх всего этого Нейтан накинул чёрный плащ. Скрепив его на груди, наёмник прошёлся по комнате, проверяя, всё ли сидит, как надо, и не мешает ли движениям. Если стоять неподвижно, арбалет проступает под плащом, но если идти быстро, плащ надувается воздухом, и понять, что там под ним, невозможно. Под конец Нейтан прикрепил к шляпе цветки. Теперь всё готово.
*
В верхнем городе многие дома сделаны из камня. Предыдущий бургомистр вёл активную перестройку города, заменяя деревянные дома во избежание распространения пожаров. К сожалению, это дело было не доведено до конца. Отчасти из-за того, что сменился бургомистр, отчасти из-за того, что некоторые деревянные здания были чьей-то частной собственностью или культурным достоянием. Так или иначе, на тот момент, когда Нейтан шагал по вечерней Ариде, в верхнем городе был целый пласт густо заселённых деревянных построек, в случае возгорания которых наверняка поднялась бы паника и неразбериха на всех близлежащих улицах.
Приблизившись к конюшне одного из многих постоялых дворов в центре города, Нейтан оглядел улицу. Всё было тихо. Людей совсем немного. Уверенным шагом он прошёл к конюшне и распахнул двери. Внутри он увидел конюшего, растянувшегося на стоге сена. Нейтан тихо притворил двери и решил лишний раз не беспокоить человека. Пройдя между стойлами, он разбрызгал масло по всему, что могло гореть. Гореть в конюшне могло почти всё. Обе фляги мягко упали в сено, после чего Нейтан размотал промасленную верёвку и разрезал её на несколько частей. Провозившись с верёвкой пару минут, он достиг того, что к каждой большой куче сена вела верёвка, и все они соединялись в середине конюшни.
Потом Нейтан мягкими движениям по очереди отвязал всех лошадей. Вовсе не из любви к животным. Просто бегающие по всему городу лошади определённо добавят неразберихи. Нейтан поджёг самодельный фитиль и спрятался за одной из деревянных перегородок, чтобы убедиться, что фитиль горит, как надо, и не гаснет. Вдруг снаружи раздались шаги. Нейтан схватил арбалет и наложил на него болт. Внутрь вошёл какой-то человек в дорогом костюме. Увидев горящие верёвки, он только открыл рот, чтобы закричать, но получил болт в голову. Нейтан в два прыжка добрался до несчастного и вволок его внутрь. Конюший что-то пробормотал во сне, но не проснулся.
Обернувшись, Нейтан увидел, что несколько верёвок уже почти догорели. Тогда он снова натянул тетиву, спрятал арбалет под плащ и уверенной походкой вышел из конюшни. Пройдя несколько домов, он опёрся о стену какого-то кабака. Вскоре напуганные лошади с громким ржанием начали выпрыгивать из конюшни. Следом повалил чёрный дым. Ещё минут пять — и всё здание запылало, теперь уже из постоялого двора бежали люди. Некоторые выпрыгивали прямо из окон. Вскоре огонь перекинулся на соседние дома. На улице началась паника. Многим стало понятно, что бежать надо не из конкретных домов, а из района.