Рэнди оторвался от груди и потянулся к отцу. Родольфус взял его на руки, потом опустил на ковёр. Малыш тут же перевернулся на живот, приподнялся, опираясь на локти, осмотрел незнакомую комнату, затем снова перевернулся на спину, радостно залепетал, дрыгая руками и ногами, и повернулся к нам, ожидая реакции. Родольфус улыбнулся, и Рэнди тут же скопировал его улыбку. Муж слегка свёл брови, и малыш повторил этот жест. Выглядело преуморительно, мы все засмеялись.
Наигравшись, Рэнди начал зевать и укладываться спать.
— Не будем вам мешать, — Родольфус поднялся.
— Прикажи, чтобы Флинки принесла Белле обед сюда, — попросила его Маргарита. — Не хочу прерываться.
Когда муж, кивнув, вышел, я продолжила чтение.
Лорд предупредил, что для стабилизации Родольфусу было необходимо общество Беллатрикс, так что Блэки и Лестрейнджи стали частыми гостями друг у друга. Дети, которым по воле магии предстояло прожить жизнь вместе, на первый взгляд, неплохо ладили. Родольфус неизменно радовался при виде Беллы, протягивал ей игрушки и лакомства, скучал, если случалось не видеть её несколько дней. Беллатрикс больше занимали возможности исследовать окружающий мир.
Сигнус Блэк не терял надежды на наследника, так что через два года у Беллатрикс появилась младшая сестра Андромеда, а ещё через два года — Нарцисса, ставшая крестницей Маргариты. После третьей дочери Сигнус решил остановиться.
Беллатрикс с любовью относилась к сёстрам, но на остальной мир это не распространялось. Чем старше становилась девочка, тем явственнее Маргарита видела, что с ней что-то не так. Она легко впадала в ярость, рычала, кусалась, царапалась, била и рвала всё, что попадалось под руку. Доставалось от неё и Родольфусу, но мальчик стойко переносил все нападки, ничто не могло изменить его отношения к Белле.
Примерно в четырёхлетнем возрасте у Родольфуса начались ночные кошмары. Он вскрикивал, плакал и говорил Маргарите, что Беллу обижают, что ей плохо и её надо спасать. В первый раз Маргарита списала это на перевозбуждение и плохой сон, но когда кошмары стали повторяться из ночи в ночь, осторожно поинтересовалась у Друэллы, всё ли в порядке с девочкой.
— Беллу обижают? — хмыкнула подруга. — Да она сама кого хочешь обидит. Твой Роди слишком впечатлительный, не рассказывай ему на ночь страшные сказки.
Лестрейнджи обратились к целителям. Те уверили их, что с ребёнком всё благополучно, но на всякий случай прописали мальчику зелье сна без сновидений. Кошмары прекратились, а может, Родольфус просто перестал рассказывать о них, чтобы не расстраивать родителей.
В этом месте я потрясённо замолчала. Именно в четыре года мать стала пить и моя жизнь начала превращаться в ад. Получается, Родольфус во сне чувствовал это?
— Дети намного восприимчивее взрослых, — кивнула Маргарита. — Они способны пересекать грани миров, особенно если там есть что-то, что притягивает их. Что-то или кто-то. Жаль, что мы этого не поняли и заглушили зельями. Хотя, что мы могли сделать…
Вскоре после этого Маргарита поняла, что снова беременна. В отсутствие Лорда и поддерживающих ритуалов Лестрейнджи не особо надеялись на благоприятный исход, но всё обошлось, и в положенный срок у них родился второй сын. Родольфус, втайне завидовавший Белле, у которой было две сестры, очень обрадовался появлению младшего брата.
Через некоторое время Волдеморт вернулся в Британию и занялся возрождением своей организации со странным названием «Пожиратели Смерти». Рэндальф Лестрейндж, когда Лорд обратился к нему с предложением вернуться в ряды Пожирателей, снова ему отказал.
— У меня двое детей, Том, — сказал он, — ночные бдения, непредвиденные отлучки и передел мира не для меня. Но мой дом всегда для тебя открыт и моё состояние к твоим услугам.
Волдеморт внимательно взглянул на Родольфуса, игравшего во дворе, и прошипел:
— Хорошо, Рэндальф. Я никого не тащу в наши ряды силой. Надеюсь, твой сын заменит тебя, когда подрастёт.
Лестрейндж ничего не ответил, а Маргарита затрепетала от недоброго предчувствия.
Ко времени поступления в Хогвартс Беллатрикс стала совершенно неуправляемой. Справиться с ней мог лишь Сигнус, и то далеко не всегда. Уже при недолгом общении с девочкой бросалось в глаза её желание причинять боль и наслаждение от чужих страданий. Оставалось лишь уповать, что с возрастом это пройдёт, хотя интуиция подсказывала Маргарите, что порочные наклонности Беллы скорее будут усугубляться. Но магическая связь между детьми делала разрыв невозможным.