— Хуже для вас уже не будет, зато меню разнообразите, — приняла нашу сторону Маргарита. — Продолжаем?
Я открыла очередную тетрадь.
С тех пор так и повелось — после завтрака я проводила часть времени с Рэнди, играла и занималась с ним, потом Флинки укладывала малыша, а я спешила к свекрови. Если Родольфус был свободен, он оставался с сыном, а я могла уделить воспоминаниям Маргариты больше времени.
Последний год в Хогвартсе прошёл для Родольфуса тихо. На рождественских каникулах Рэндальф приказал ему остаться в замке, якобы для того, чтобы не отвлекаться от подготовки к ЖАБА, а на самом деле, чтобы избавить от участия в рейдах Пожирателей. То же самое сделали Сигнус Блэк, Нотт, Эйвери и Малфой. Рабастан тоже остался в школе из солидарности с братом, к которому был очень привязан с детства.
Семикурсники успешно сдали экзамены, и в домах Лестрейнджей и Блэков закипела подготовка к свадьбе. Правда, церемония чуть не сорвалась из-за того, что в июле Родольфус был ранен, попав в засаду во время очередного рейда. Но лучшие целители, каких только смог найти Рэндальф, поставили юношу на ноги, и свадьба состоялась. Почётным гостем на ней был Волдеморт, с которого Беллатрикс весь вечер не сводила влюблённых глаз.
После этого тишина и покой надолго покинули Лестрейндж-холл. Белла устраивала скандалы, швырялась проклятиями, изводила Родольфуса придирками и насмешками, уходила когда хотела, могла отсутствовать по нескольку дней. Родольфус скрипел зубами и молчал, изредка срываясь и круша всё вокруг. После этих срывов он замыкался в себе и подолгу не выходил из комнат, отведенных новобрачным.
Надо сказать, что магия крови действовала и на Беллатрикс. Родольфус был ей нужен рядом, поэтому она всегда возвращалась, но, оказавшись возле него, приходила в неистовство. В каком-то смысле ей было ещё тяжелее чем Родольфусу.
— Ты определился, чем будешь заниматься? — спросил как-то за ужином Рэндальф сына.
— Да, сегодня я подал заявку в Руководящий центр Сети летучего пороха, — кивнул Родольфус.
— Мерлинова борода, зачем тебе это? — поразился Лестрейндж-старший. — С твоими результатами ЖАБА ты мог бы претендовать на должность в Отделе международного магического сотрудничества или в Отделе Тайн, тебя же всегда интересовали их разработки. Что ты в этом центре будешь делать, камины к Сети подключать? Ради этого не стоило так упорно заниматься, с этим любой грязнокровка справится.
— Повелитель сказал, что ему нужен свой человек в этом центре, — пояснил Родольфус.
— ПОВЕЛИТЕЛЬ?!!! — Рэндальф изумлённо вскинули брови. — Однако, и замашки у Тома.
— Папа, это просто фигура речи, — смутился юноша.
— Фигура речи??? — взвизгнула Беллатрикс. — Да как ты смеешь!
— Вы перед ним на коленях, часом, не ползаете? — язвительно поинтересовался отец, проигнорировав вопли Беллы. — Руку не целуете или край мантии?
Родольфус опустил глаза.
— Опуститься перед Повелителем на колени — великая честь, которой достоин не каждый! Целовать его руку, дышать с ним одним воздухом — уже счастье! — выпалила Беллатрикс.
— Из платья не выскочи, — брезгливо поморщился Рэндальф.
— Отец, пожалуйста, не забывай, что Белла моя жена, — Родольфус со стуком отложил приборы.
— Главное, чтобы она об этом не забывала, — парировал Рэндальф.
— Как же, забудешь об этом, — скривилась Беллатрикс.
— Да, Белла, пока я жив, я не позволю тебе об этом забыть, — серьёзно произнёс Лестрейндж-старший.
Беллатрикс демонстративно возвела глаза к потолку, но предпочла не продолжать спор. У Маргариты от слов Рэндальфа сердце внезапно сжалось в недобром предчувствии.
— Повелитель! — бушевал Рэндальф, когда они с Маргаритой вернулись к себе. — Руку целуют! Кому??? Жалкому полукровке, выросшему в магловском приюте и после школы торговавшему в Лютном? Да мои предки в гробу переворачиваются! И предки Малфоев тоже.
— Тише, прошу тебя, — остановила Маргарита мужа. — Рэндальф, такие вещи опасно говорить. Вспомни Фосеттов.
Лестрейндж вздохнул. Вскоре после похорон Кеннета во время грозы в дом, где жила его семья, ударила молния. Из всей семьи уцелел только малыш Торберн, который гостил у однокурсника.
— Думаешь, что мой сын способен поднять на меня руку из-за своего… Повелителя?
— Он — нет. А вот его жена… Даже если не сама, хватит и того, что она передаст Тому твои слова. Ты же знаешь, он ненавидит, когда вспоминают его старое имя и то, где и с кем он рос до Хогвартса. Он ведь взял в заложники детей тех, кто слишком много о нём знает, — медленно произнесла женщина. — Наши дети полностью в его власти. Ты его не боишься, Рэндальф, но ты же не хочешь, чтобы Родольфус отвечал за твои слова?