— Стинки, пригласи сюда журналистов из «Ежедневного пророка», немедленно, — выкрикнула Маргарита, щёлкнув пальцами.
— Думаете, они успеют? — ухмыльнулся Грюм.
— Думаю, да. Мой эльф не станет тратить время на объяснения, просто схватит их в охапку и аппарирует, — пояснила Маргарита. В подтверждение её слов раздался хлопок и на пол приземлились блондинка в зелёной мантии с блокнотом в руках и молодой фотограф с колдокамерой. Эльф выпустил их, поклонился Маргарите и стал у неё за спиной, грозно глядя на мракоборцев.
— В чём дело? Что вы себе позволяете? — закричала женщина.
— Я пригласила вас, чтобы засвидетельствовать произвол авроров, вломившихся в дом моего сына, накинувшихся на нас с ничем не подтверждёнными обвинениями и отказывающихся предъявить ордер на арест, — глядя в глаза Грюму, отчеканила Маргарита.
— Я Рита Скитер, репортёр «Ежедневного Пророка», — представилась блондинка, выхватив огромное перо, которое само по себе застрочило в повисшем в воздухе блокноте.
— Мы находимся в особняке лорда Родольфуса Лестрейнджа. Мать хозяина жалуется на бесчинства сотрудников аврората…
— Спокойно! — отступил Грюм. — Мы никого и пальцем не тронули. Ордер сейчас принесут. Родольфус Лестрейндж, ты… вы слышали обвинения. Вы подтверждаете, что вы, ваш брат и ваша жена являетесь Пожирателями смерти и неоднократно принимали участие в пытках и убийствах?
— Я заявляю, что был вынужден вступить в организацию Лорда Волдеморта под угрозой расправы над моей семьёй, — твёрдо ответил Родольфус. — Волдеморт нуждался в моих деньгах. Я хотел искать защиту у аврората, но Лорд использовал Империус. Извините, я не помню, что делал в последнее время.
— Ещё одна жертва Волдеморта! — Грюм с ненавистью взглянул на него. — Кто тебе поверит, Лестрейндж?
Скитер продолжала строчить в блокноте.
— Я правильно понимаю, что вы не намерены утруждать себя сбором доказательств? — спросила Маргарита.
— Что с твоей женой? Оплакивает своего Господина? — Грюм, проигнорировав женщину, ткнул пальцем в завывающую на полу Беллатрикс, с которой Басти незаметно снял Силенцио.
— На днях моя невестка потеряла ребёнка, — тихо сказала Маргарита. — Навряд ли, господа, она сейчас в состоянии отвечать на ваши вопросы.
Авроры переглянулись. Фотограф быстро щёлкнул камерой.
— Сдать палочки, — рявкнул Грюм. — Ты — он ткнул пальцем в Родольфуса, — идёшь со мной, остальные под домашним арестом. Из дома ни ногой!
— Ко мне это тоже относится? — спросила Маргарита.
— Вы вольны делать всё, что вам заблагорассудится, — процедил Аластор. — Свою палочку тоже можете оставить.
— Господа, рекомендую вам отправиться вместе с аврорами. Подозреваю, что они не намерены ограничиться лишь одним визитом, — посоветовала Маргарита журналистам.
Скитер кивнула и, взяв перо наизготовку, выжидательно взглянула на Грюма. Тот сплюнул на пол и вышел, вцепившись в предплечье не думавшего сопротивляться Родольфуса.
— Стинки, убери здесь, чтобы ничего не напоминало об этих людях, — обратилась Маргарита к эльфу. — Потом отведёшь леди в её покои, дашь зелье сна без сновидений и проследишь, чтобы она заснула.
Родольфус вернулся только к вечеру следующего дня, уставший, измученный, но довольный.
— Кажется, поверили, — улыбнулся он матери. — Палочки пока не вернули и домашний арест не сняли, но хоть не Азкабан. Спасибо, мама, это только благодаря тебе! Как Белла?
— Поим её зельями, — ответил Басти. — Иначе она порывается искать Повелителя.
— Ей придётся смириться, — сказала Маргарита. Родольфус грустно покачал головой.
С Беллатрикс творилось что-то неладное. Она то рыдала и звала Волдеморта, то тянулась к Родольфусу, но стоило мужу лишь прикоснуться к ней, как тут же отталкивала его, чтобы через минуту снова прижаться к нему и снова опять оттолкнуть.
Родольфус рассказал матери о том, что узнал от немецких магов.
— Держи её на успокоительных зельях, — посоветовала Маргарита. — А потом, когда арест снимут, вези в Германию. Может, действительно удастся что-то сделать.
Маргарита осталась в Лондоне с сыновьями. Белла большую часть времени спала, в недолгие часы бодрствования была вялой и пассивной, так что они были втроём. Братья не рассказывали матери, чем занимались на службе Волдеморту, да она и не хотела этого знать. Они вспоминали разные забавные случаи из детства, говорили о Рэндальфе, о Лестрейндж-холле, Маргарита рассказывала об Отделе тайн.