— Всё будет хорошо, — сказала она сыновьям. — У них ничего против вас нет. Когда всё закончится, ты, Басти, уезжай в Италию, найди Мастера и займись рисованием, у тебя редкий Дар. Роди, я поговорю с коллегами из Отдела Тайн, думаю, они согласятся встретиться с тобой, а дальнейшее зависит только от тебя. Но сначала отвези жену к немцам.
Арест с Лестрейнджей сняли в конце января. Тогда же вернули палочки. Родольфус занялся оформлением бумаг, заказал портал в Германию. Дата отъезда была уже назначена, когда к ним заглянул нежданный гость — светловолосый юноша с покрытым веснушками лицом. Маргарита когда-то неплохо знала его родителей — главу Отдела магического правопорядка Бартемиуса Крауча и его жену Сесиль. Барти-младший учился с Рабастаном в Хогвартсе, дети дружили, но Бартемиус не поощрял эту дружбу, считая Лестрейнджей тёмными магами. Он не знал, что его сын давно вступил в ряды Пожирателей и был там не на самом плохом счету.
— Я узнал, кто второй ребёнок, о котором говорилось в пророчестве, — едва поздоровавшись, сообщил Барти. — Это Невилл сын авроров Фрэнка и Алисы Лонгботтомов, родился 30 июля, на исходе седьмого месяца, у тех, кто трижды бросал вызов Тёмному Лолрду. Больше подходящих детей нет.
Беллатрикс резко подняла голову. Безучастность мигом слетела с неё.
— Они могут знать, куда пропал Повелитель! — заявила она.
— Откуда? — резонно спросил Родольфус. — Повелитель исчез у Поттеров, логично предположить, что в пророчестве речь шла именно об их ребёнке.
Но Белла уже лихорадочно собиралась.
— Мы должны пойти к ним… спросить… они могут знать… мы вернём Повелителя… он наградит меня… он надеется на меня…. я верну его во что бы то ни стало… — бессвязно бормотала она.
Лицо Родольфуса потемнело.
— Белла, — он подошёл к жене и осторожно взял её за руку, — давай съездим в Германию, а когда вернёмся, поговорим с Лонгботтомами.
— Нет! — Беллатрикс резко выдернула руку. — Сейчас! Иначе я никуда не поеду! Я вообще не понимаю, зачем мне ехать, тебе нужно, ты и езжай! Но сначала помоги мне найти Лорда. Ты клялся ему в верности, а сейчас отступился, как все эти трусы и предатели: Малфои, Нотты, Эйвери, Кэрроу, Гойлы, — все! Но я не такая! Я не брошу Повелителя, я буду искать его, пока не найду!
— Хорошо, — Родольфус покачался на носках и застыл, сунув руки в карманы. — Мы пойдём к Лонгботтомам, спросим у них, известно ли им, где Лорд, потом сотрём им память и вернёмся. И тут же уедем.
— Прекрасно! — Белла в радостном возбуждении потрепала его по щеке. — Я готова, выходим.
— Подожди, я закрою Лестрейндж-холл.
— Зачем? — спросила Маргарита.
— На всякий случай, мама, не волнуйся. Просто привычка. Эльфы тоже пусть пока побудут там.
Родольфус шагнул в камин, пара эльфов отправились следом. Отсутствовал он недолго, но Беллатрикс извелась от нетерпения.
— Наконец-то! — завопила она, когда муж вернулся. — Сколько можно? Что вообще с ним станется, с твоим Лестрейндж-холлом?
Родольфус ничего не ответил жене.
— Не волнуйся, мама, — повторил он. — Мы скоро вернёмся.
Лестрейнджи и Крауч аппарировали. Маргарита опустилась в кресло. В глубине души она чувствовала, что всё кончено.
Они не вернулись. Утром вышел экстренный выпуск «Пророка», где во всех душераздирающих подробностях рассказывалось, как несколько недавно оправданных Пожирателей Смерти всю ночь пытали авроров Фрэнка и Алису Лонгботтомов и довели несчастных до безумия бесконечными Круциатусами. Статья заканчивалась призывами жестоко покарать мерзавцев.
Потом в дом снова вломились авроры.
— Ну что, старая карга, сейчас тоже будешь звать журналистов? — ухмыльнулся Грюм.
Маргарита проигнорировала его.
— Я бы сам позвал, да не хочу… — он не закончил фразы.
«Не хочешь, чтобы они видели, что ты всего лишь нечистый на руку хам», — в презрением подумала женщина. Люциус жаловался, что после обыска пропали ценные вещи на не одну тысячу галлеонов. В список изъятого их, естественно, не внесли.
— А я ведь знал, знал, что эти ублюдки виновны! Не послушали меня — теперь имеем спятивших от пыток Лонгботтомов. Но в этот раз никому из твоей семейки не отвертеться. Их взяли на месте преступления, улики налицо. Я бы и тебя в Азкабан отправил, да жаль, Визенгамот не согласится, а ведь тебе там самое место. Не устрой ты этот цирк с журналистами, твои сыновья и невестка давно кормили бы дементоров.