— А если я погибну? — спросил Родольфус.
— Значит, твоя семья потеряет свой шанс на лёгкую смерть, — осклабился Лорд. — Не забудь об этом, когда станешь умирать.
Про Рабастана он не упоминал, но мы не обольщались. Волдеморт вознамерился уничтожить всех Лестрейнджей.
— Как я могу быть уверен, что ты сдержишь своё слово? — ровным тоном спросил Родольфус.
Пожиратели замерли от такой дерзости. Мы с Рабастаном тоже застыли.
— Никак, — наклонился в сторону мужа Волдеморт. — Тебе придётся рискнуть. Не хочешь — я не настаиваю. Фенрир и Нагайна здесь.
— Я согласен, — тут же ответил Родольфус.
Волдеморт торжествующе откинулся на спинку кресла. Нагайна разочарованно зашипела.
— Мальчишку оставишь в мэноре. Юфимия! — окликнул он.
Крупная белокурая женщина, сидевшая рядом с Торфинном, поднялась из-за стола.
— Возьми ребёнка, — приказал ей Волдеморт. — Останешься с ним в мэноре и будешь ждать нашего возвращения.
Юфимия Роули подошла к Родольфусу и протянула руки к Рэндальфу. Малыш отпрянул от неё и уцепился за шею Родольфуса. Муж осторожно отцепил его пальчики, что-то прошептал на ушко и передал Юфимии.
— И будь с ним поаккуратнее, у него уже случались спонтанные выбросы, твой брат может подтвердить. А Джагсон уже не может, — не удержалась я, видя, как грубо женщина рванула Рэнди из рук Родольфуса.
Юфимия обожгла меня ненавидящим взглядом, однако дёргать Рэндальфа перестала.
Рэнди неохотно перешёл к ней и не сводил с нас взгляда, пока дверь за ним и Юфимией не захлопнулась.
— Возьмите свои палочки, отправляемся — приказал Лорд.
Зал наполнился хлопками. Один за другим Пожиратели исчезали.
— Лорд получил сообщение, что Поттер заявился в Хогвартс, — пояснил нам Долохов. — Аппарируем к воротам школы, взламываем их, а там по обстоятельствам. Что ж вы так подставились, Лестрейнджи? — неслышно прошептал он.
Родольфус усмехнулся, взял меня за руку и мы аппарировали.
Стемнело, время близилось к полуночи, но небо над Хогвартсом было освещено тревожными сполохами. В замке творились мощные заклятия, преподаватели ставили новые защиты и усиливали имеющиеся.
Местность перед нами была забита людьми и нелюдями. Отряд великанов рассредоточился вдоль стен, чтобы по первому знаку проломить их и ворваться на территорию Хогвартса с нескольких сторон.
— Мерлин великий, столько сил брошено на беззащитных детей, — покачал головой Родольфус.
— Детей в замке почти нет, — успокоила я мужа, — только те, кому уже исполнилось семнадцать. Остальные эвакуируются через тайные ходы в Хогсмид. Кое-кто останется, конечно, но в целом нам противостоят старшекурсники и Орден.
Родольфус ни разу не спросил, откуда я всё это знаю. Просто принимал как данность.
— Дольф, — к нам неслышно подошёл Мальсибер, — это не я вас выдал.
— Я знаю, Малькольм, — успокоил его Родольфус. — Спасибо.
Мальсибер кивнул и снова затерялся в толпе.
— Долохов, — окликнула я Антонина, — берегись Петрификуса, у тебя с ним сложные отношения. И старайся не пересекаться с Флитвиком.
Антонин изумлённо поднял брови, но ответить ничего не успел. Многократно усиленный Сонорусом голос Волдеморта ударил по ушам, будто плеть.
— Я знаю, что вы готовитесь к битве. Но это глупо. Ваши усилия тщетны, вы не можете противостоять мне. Я не хочу вас убивать. Я с большим уважением отношусь к преподавателям Хогвартса. Я не хочу проливать чистую кровь волшебников, — вещал Лорд. — Отдайте мне Гарри Поттера, и никто из вас не пострадает. Отдайте мне Гарри Поттера, и я оставлю школу в неприкосновенности. Отдайте мне Гарри Поттера, и вы получите награду. Даю вам на раздумье время до полуночи.
Закончив тираду, Волдеморт применил Квиетус, рявкнул, чтобы мы ждали и были наготове, потом ткнул в меня пальцем:
— Подойди!
Я успокаивающе стиснула пальцы Родольфуса, отпустила его руку и приблизилась к Лорду. Остальные отодвинулись на почтительное расстояние. Волдеморт восседал на трансфигурированном кресле, больше похожем на трон. Я не стала ждать приглашения присесть и просто опустилась на траву у его ног.
— И всё же, где моя девочка? — спросил Лорд.
— Я же сказала — не знаю. — Я не стала делать вид, будто не понимаю, о ком он. — Полагаю, вернулась на своё место, туда, где ей было предназначено появиться.
— Как ты сумела вернуться? И не вздумай нести чепуху про Китай и нити.