В нас снова полетели заклятия, но внезапно раздались удаляющиеся ругательства и мимо снова, теперь уже в обратном направлении, промчались пауки, унося что-то с собой. На долю секунды среди ковра копошащихся насекомых мелькнула борода Хагрида.
— Бежим! — скомандовал Родольфус.
Мы пересекли двор и вбежали в замок. Тут же рядом с Басти просвистел огромный хрустальный шар, разлетевшийся на мириады осколков.
— Какая досада! Но ничего, у меня есть ещё, — прозвучал над нами заплетающийся голос.
Задрав головы, мы увидели Сивиллу Трелони, которую я опознала по бесформенным тряпкам и огромным очкам, делающим её похожей на стрекозу.
Не тратя времени на пьяную предсказательницу, мы промчались по коридору, свернули за угол, протиснулись в небольшое ответвление и остановились, чтобы отдышаться.
— Может, переждём здесь? — предложил Рабастан.
Коридор выглядел обветшалым и заброшенным, находился в стороне от основных проходов Хогвартса и был небольшой шанс, что сюда не заглянут ни наши противники, ни союзники. Хотя сейчас у нас не было союзников, мы были одни против всех.
— Он сказал, что мы не должны отсиживаться. За нами наблюдают, — возразил Родольфус.
— Сейчас? Брат, ты серьёзно? — поразился Басти.
— Я не хочу рисковать, — вздохнул Родольфус. — Хотя и не верю ему.
— Он не переживёт сегодняшней ночи, — напомнила я. — А мы должны пережить. Хоть кто-то из нас. Сидим здесь.
Рабастан хотел что-то спросить, но, натолкнувшись на предостерегающий взгляд брата, промолчал.
Родольфус поставил защитные заклинания, наложил на нас Дезиллюминационные чары, после чего опустился на пол и привалился к стене, запрокинув голову и закрыв глаза.
— Ты не ранен? — забеспокоилась я.
— Нет. Устал, — негромко ответил муж и после небольшой паузы признался. — Боюсь. Боюсь, что ты ошиблась, что он выживет, обманет меня и осуществит свою угрозу. Я ни секунды ему не верю, но ничего не могу сделать.
Я села рядом и положила голову ему на плечо. Родольфус, не открывая глаз, притянул меня к себе и так мы сидели, пока в наше убежище не ворвался вездесущий голос Лорда.
— Вы храбро сражались, — вещал Волдеморт. — Я умею ценить мужество. Однако вы понесли тяжелые потери. Если вы будете и дальше сопротивляться мне, вы все погибнете один за другим. Я этого не хочу. Каждая пролитая капля волшебной крови — утрата и расточительство. Лорд Волдеморт милостив. Я приказываю своим войскам немедленно отступить. Я даю вам час. Достойно проститесь с вашими мертвецами. Окажите помощь вашим раненым. А теперь, — голос Лорда посуровел, — я обращаюсь прямо к тебе, Гарри Поттер. Ты позволил друзьям умирать за тебя, вместо того чтобы встретиться со мной лицом к лицу. Весь этот час я буду ждать тебя в Запретном лесу. Если по истечении часа ты не явишься ко мне и не отдашься в мои руки, битва начнется снова. На этот раз я сам выйду в бой, Гарри Поттер, и отыщу тебя, и накажу всех до единого — мужчин, женщин и детей, — кто помогал тебе скрываться от меня. Итак, один час.
— Возвращаемся, — Родольфус тяжело поднялся. — И стоило оно того?
Он снял с себя Дезиллюминационные чары, но когда мы с Басти хотели сделать то же самое, остановил нас.
— Меня должны видеть, а вам лучше оставаться незамеченными. Так мне будет спокойнее.
Я понимала, что Родольфус снова цепляется за любую видимость контроля над ситуацией, лишь бы не думать об ужасе, уготованном нам Волдемортом, и не стала возражать.
Мы покинули наше убежище, миновали первый коридор и…
— Дядя Дольф! Какая встреча! Не скажу, что приятная, но очень неожиданная. Не думала, что ты снова встанешь на ноги.
В конце прохода, наставив на Родольфуса палочку, стояла Нимфадора Тонкс, вернее, теперь уже Люпин.
Родольфус предупреждающе поднял руку. Могло показаться, что он взывает к девушке, но я поняла, что он просит нас не обнаруживать себя. Мы с Басти остановились, я осторожно вытащила палочку и взяла племянницу на прицел.
— А где же моя дорогая тётя Белла? Почему она не рядом с тобой, своим законным мужем? Предпочитает вашего Лорда? Осталась с ним, пока ты тут по углам прячешься?
— Дай пройти, Нимфадора, — спокойно сказал Родольфус, делая шаг вперёд.
— Не смей называть меня Нимфадорой! — взвилась та.
— Это не я тебя так назвал, — муж насмешливо пожал плечами.
Нимфадора взмахнула рукой. Родольфус охнул, выронил палочку и схватился за запястье. Там вспухал воспалённый рубец, кожа вокруг покраснела и на глазах покрылась пузырями. Флагеллум Игнис, заклинание Огненного Бича!
— Остроумие своё будешь Беллатрикс демонстрировать, когда она вылезет из постели Волдеморта, — прошипела Тонкс (называть её так было привычнее и короче) и снова замахнулась.