Мы кивнули. Методы обработки Лорда были нам всем прекрасно известны.
— Выбил из него параметры палочки Поттера, но почему-то ничего не вышло. Была парочка очень слабых всплесков, которые толком засечь не получилось. Олливандеру повезло, что Лорд в это время был на континенте, а как раз перед его возвращением Поттер помог старику сбежать, иначе Олливандер точно не пережил бы следующей встречи с Повелителем. Но любить нас ему теперь, как вы понимаете, не за что, так что параметры наших палочек он передаст Министерству с огромным удовольствием.
— Но ты говоришь, что с палочкой Поттера не вышло, — уточнил Басти. — Может, не такой надёжный метод?
— Или Олливандер пытался спасти Мальчика-который-выжил, или у Поттера что-то с палочкой. Она у него вообще необычная и ведёт себя странно, я ведь говорил, — напомнил Уолден. — Для чистоты эксперимента стоило попробовать на палочках Грейнджер и Уизли-младшего, но не успели. А сам метод сбоев не даёт, я интересовался, когда был в Германии. Если мы победим, то для нас он бесполезен, нам Олливандер помогать не станет, а вот нашим противникам охотно поможет.
— И что, в Министерстве есть люди, способные воспользоваться этим методом? — с сомнением поинтересовался Родольфус.
— Шесть человек из Отдела Магического Правопорядка прошли стажировку в Европе, — ухмыльнулся Макнейр. — Деньги не пахнут, так что их охотно обучили. Насколько я знаю, только двое из них приняли Метку, да и те могут заявить, что сделали это из страха за жизнь близких, так что будут из кожи вон лезть, помогая новой власти.
Значит, в случае победы Сопротивления, в которой, похоже, не сомневаюсь не только я, но и Макнейр с Долоховым, мы на время лишаемся палочек. Если выживем, конечно. Впрочем, наш план побега позволяет обойтись без них.
— А что насчёт порталов? — снова спросил Родольфус.
— Так же, как с аппарацией. Граница окружена антипортальными чарами, а все незарегистрированные порталы забросят в камеры отдела магического правопорядка.
— Значит, остаются мётлы, — храбро улыбнулся Рабастан. — С ними-то ничего не сделаешь.
Макнейр покачал головой.
— Кое-что придумали и для мётел. Территория страны в определённом порядке покрыта зачарованными сигнальными линиями. При их несанкционированном пересечении срабатывает сигнал тревоги и навстречу или вдогонку за нарушителем поднимается воздушный патруль. А там как повезёт. Но я бы не рассчитывал на везение — нарушителя будут загонять в зону действия следующего патруля, подтянутся остальные… В общем, шансы невелики.
— Откуда столько людей набрали? — изумился Долохов.
— Всё те же добропорядочные граждане, опора любой законной власти, — ухмыльнулся палач. — Добровольцев хватает.
— Вроде нынешних егерей? — спросила я. Рана на бедре давно давала о себе знать, хоть я и старалась не обращать на неё внимание.
Макнейр кивнул.
Мы молчали с полминуты, обдумывая его слова, потом мне пришла в голову мысль, что Родольфус слишком давно покинул Отдел магического транспорта и с тех пор многое могло измениться.
— Уолден, а что насчёт каминов? Незарегистрированное частное подключение между двумя каминами возможно отследить?
— Отследить нельзя, но если обследовать один из этих каминов, можно выйти на второй, даже не зная его адреса. Разумеется, работать должен хороший специалист, но в Министерстве такие есть.
Мы с Родольфусом переглянулись.
— Поэтому ваш единственный козырь — время, — резюмировал Макнейр. — Успеете до того, как победители объявят охоту, — может, и вырветесь, хотя шансы невелики. Не успеете… — он развёл руками.
— Лорд Лестрейндж, я снова предлагаю вам оставить ребёнка у надёжных людей, — вмешался Фасмер. — Если вы доверяете мне, то я готов спрятать вашего сына в своём доме.
— И подставить под удар собственную семью? — Родольфус пристально взглянул на целителя.
— Моя дочь и внуки уехали в Норвегию вскоре после того, как Повелитель дал знать, что нуждается в моих талантах. Мы с женой пожили достаточно, чтобы рискнуть, — спокойно ответил тот.
— Благодарю вас, мистер Фасмер, — склонил голову муж, — но снова откажусь, поскольку нахожу это небезопасным и для вас, и для сына.
— Снова? — переспросил Долохов. — Так вы знали, что ли?
— А кто, по-твоему, у меня роды принимал? Или думаешь, я в поле под кустом рожала? — поддела я Антонина.
— Белла, в поле нет кустов, — снисходительно посмотрел на меня Долохов и с уважением взглянул на Фасмера. — А вы смелый человек, док.