— Я не совсем понимаю, почему подобные вопросы вы отдаёте на рассмотрение человеку, который не занимает ни одного официального поста в Министерстве Магии Франции, — низким басом прогудел Кингсли, — но если вы настаиваете, я повторю для господина Лестрейнджа: по нашим сведениям, один из ближайших соратников и пособников Волдеморта сумел сбежать во Францию, надеясь там укрыться от правосудия. Мы настаиваем на его выдаче Аврорату Британии, чтобы он понёс заслуженное наказание. По странному совпадению он носит ту же фамилию, что и вы, сэр, — Лестрейндж. Рабастан Лестрейндж.
— В чём его обвиняют? — поинтересовался Корвус.
— А вы не слышали? — взвился подросток.
— Гарри! — осадил его Шеклболт. Юноша недовольно замолчал, бросая на Корвуса злые взгляды.
Корвус разглядывал переплетённые пальцы, демонстративно ожидая ответа Кингсли.
— Его обвиняют в причастности к массовым убийствам маглов и волшебников, участии в пытках и террористических актах, — неприязненно ответил британец.
— Насколько мне известно, — возразил Корвус, — ваш предшественник на обоих постах Руфус Скримджер гарантировал Рабастану символическое наказание, если он останется последним представителем британской ветви Лестрейнджей.
Корвус намеренно не упомянул Рэндальфа. Его интересовала позиция Министерства по вопросу происхождения мальчика.
— Да, Руфус действительно оставил такое распоряжение, — недовольно подтвердил Кингсли, — хотя я не понимаю, откуда вам об этом известно, но даже он не говорил о полном помиловании. Рабастан Лестрейндж преступник и должен получить своё.
— У меня есть основания полагать, — холодно заметил Корвус, мысленно отметив, что Кингсли не стал упоминать Рэндальфа, что свидетельствовало о том, что он разделяет мнение о происхождении мальчика от Волдеморта, — что наказание, уготованное Рабастану, слишком жестоко и что Министерство Магии Британии не намерено придерживаться правосудия в отношении него. Я не могу этого допустить во имя крови.
Кингсли недовольно дёрнул щекой, а Гарри Поттер снова злобно выкрикнул:
— Он преступник и убийца, как все Лестрейнджи.
— Должен ли я принимать эти слова на свой счёт, юноша? — вкрадчиво осведомился Корвус.
— Гарри, я сказал прекратить! — рассвирепел Кингсли. — Сэр, разумеется, мой юный друг не имел в виду вас, он говорил лишь о старшем брате и невестке Рабастана, известных своими преступлениями и жестокостью.
— Не спорю, — согласился Корвус, справедливо считая, что Родольфусу и Беллатрикс уже всё равно, что о них думает Кингсли, — однако что у вас есть непосредственно на Рабастана? Требовать, чтобы он отвечал за грехи старшего брата, идёт вразрез с нормами и моралью международного магического сообщества.
— Мы должны внимательно расследовать все эпизоды, в которых принимал участие Рабастан Лестрейндж и определить меру его личной вины и ответственности, — нехотя признал Кингсли, — но для этого нам нужно допросить его.
— Могу себе представить, — усмехнулся Корвус. — О методах британских авроров вот уже два десятилетия ходят легенды. Нет, господа, я не считаю возможным выдать вам этого молодого человека, который сейчас исполняет обязанности наследника британской ветви, поскольку опасаюсь за его жизнь и имею основания полагать, что расследование, предпринятое в его отношении, не будет справедливым и беспристрастным.
Лестрейндж сделал паузу, но мозг его лихорадочно работал. Если у аврората есть свидетельство хотя бы одного убийства, совершённого Рабастаном, его укрывательство может вызвать серьёзные проблемы и пошатнуть положение Семьи. Однако и выдавать родственника не хотелось. Не потому, что Корвусу было его жаль — он презирал жалость и сострадание. Но уступить британцам, извечным соперникам и конкурентам, было для него невыносимым. Да и возиться с сыном Родольфуса у Корвуса не было никакого желания. Если бы только он мог знать точно…
На стене у зеркала заплясал огонёк. Корвус напрягся, ощутив дыхание Грани и не взглядом, но краем сознания уловил, как на мгновение огонёк соткался в образ статной женщины с горделиво поднятой головой.
— У них ничего нет на Басти, — прошелестело в воздухе, и только Корвус сумел уловить этот шёпот.
— Что ж, господа, — Корвус встал. — Разумеется, Министерство Магии Франции пересмотрит своё решение, если вы предоставите неопровержимые доказательства вины Рабастана Лестрейнджа в перечисленных вами преступлениях, но пока он останется под нашим присмотром. Вопросы, которые вы хотели ему задать, можете передать мне, я прослежу, чтобы он на них ответил. Больше не смею задерживать.