— А чем ему мальчишка не угодил? — удивился Уильямсон.
— Лестрейнджи были не с вами в Малфой-мэноре? — одновременно с ним спросил Робардс.
— Нет, Лорд их выгнал ещё в начале сентября. Дольф только очухался после июльского ранения, пришёл на собрание, а Повелитель был зол из-за того, что Поттера… мистера Гарри Поттера, — поправился Роули, — не оказалось в Хогвартс-экспрессе, вот и сорвался сначала на Родольфусе, а потом и на остальных Лестрейнджах. Сказал, что ему не нужны калеки, что видеть их всех не желает, пусть убираются в Лестрейндж-холл и сидят там. Они и убрались и сидели.
— Не сходится, — мотнул головой Сэвидж. — Если до сентября Лестрейнджи жили в Малфой-мэноре, Волдеморт не мог не знать о ребёнке.
— Никто не знал, не только Повелитель, — возразил Роули. — Лестрейнджи его прятали.
— Что, и от своих? — не поверил Сэвидж.
— От своих в первую очередь. Лорд, хоть и охладел к Беллатрикс после того, как она вернулась из Азкабана, но всё равно считал своей собственностью. Она не могла принадлежать никому, кроме него, а тут получается, что они с Родольфусом…
— И как же он узнал в мае, если Лестрейнджи с сентября сидели в Лестрейндж-холле? — указал на очередную несостыковку Уильямсон.
— Нарцисса рассказала. Она знала. Лорд, когда узнал об ограблении хранилища Лестрейнджей в Гринготтсе, совсем озверел. Грязнокров… Мисс Грейнджер провернула это в облике Нарциссы, видать, взяла волос, когда они… вы… — Торфинн нашёл глазами Гарри Поттера, — бежали из Мэнора. Повелитель был готов убить Малфоев, и смерть их была бы долгой и мучительной, но Нарцисса рассказала ему о Беллатрикс и ребёнке. А что раньше не сообщила, то из-за того, что Родольфус её запугал, обещал прикончить Драко и Люциуса, и её тоже.
— Выдала значит, родную сестру и племянника, — протянул Сэвидж. — Хороша сестрица.
— Так на что не пойдёшь ради собственной жизни, — заметил Роули.
— Мораль Пожирателя, — брезгливо поморщился Гарри Поттер. — Моя мама пожертвовала жизнью ради моего спасения.
— Да, Беллатрикс про это говорила, — оживился Роули.
— Кому? — удивился Робардс.
— Лорду. Он когда сказал им, что заставит Родольфуса наблюдать, как будут умирать остальные, Белла и выдала, что однажды, мол, Повелитель уже пытался убить ребёнка на глазах у матери и должен помнить, чем это закончилось, а сейчас их тут трое готовых отдать за мальчишку жизнь, так что если Лорд хочет повторить, то пусть попробует.
— Что, так и сказала? — недоверчиво переспросил Робардс.
Торфинн кивнул.
Почувствовав, что разговор будет долгим и интересным, авроры трансфигурировали скамью и уселись напротив Роули.
— И что Волдеморт?
— Приказал Джагсону забрать у Дольфа мальчишку. Тут мальчишка его и прикончил. Потолочная балка подломилась и угодила прямёхонько по затылку. Умер на месте.
— Спонтанный выброс, — наконец, понял Робардс. — Похоже, мальчик обладает недюжинной магической силой.
— Вот и Лорд так сказал. А потом приказал мне убить.
— Кого?
— Сказал, убивай кого хочешь, хоть Дольфа, хоть ребёнка.
— И ты?..
— А у меня был выбор? — Торфинн в отчаянии вскинул руки. — Я даже палочку поднять не успел. С потолка обвалился камень, палочка вдрызг, рука тоже. Тут Лорд приказал Лестрейнджам вместе с мальчишкой идти в мэнор, иначе он их на месте сожжёт Адским Пламенем. Они и пошли.
— Мда, история… — протянул Робардс.
— Да врёт он, — взорвался Сэвидж. — Вы себе представляете Беллатрикс, угрожающую Тому-кого… Волдеморту?
— Вы можете использовать Веритассерум или вызвать легиллимента, — пожал плечами Роули. — Зачем мне врать? Я вас понял и говорю правду.
— Если Лорд хотел убить её ребёнка, то вполне могла, — поддержал его Уильямсон, который сам недавно стал отцом.
— И как же на следующий день Лестрейнджи оказались в Хогвартсе, с палочками и дрались за за своего хозяина, никого не жалея? — не отступал Сэвидж.
— Утром Повелитель сказал Родольфусу, что если они будут участвовать в битве и покажут себя, он убьёт их быстро, без мучений.
— И Родольфус поверил? — хмыкнул Робардс. — Его вроде умным считали.
— Не поверил, но на что-то надеялся. Кажется Белла его уговорила. Она всё время ему что-то шептала, он сомневался, но соглашался с ней, как всегда. Вообще, Лорд думал, что ночью Родольфус сам убьёт Беллу и сына, чтобы избавить их от истязаний и был разочарован, когда увидел их утром живыми, — добавил Торфинн после небольшой паузы. — Мы все думали, что Дольф так и сделает. Тогда Лорд бы просто вышвырнул его. Жизнь Дольфу после такого точно была бы не мила, и посмертие ожидало такое, что врагу не пожелаешь. Может, Белла и сама ни на что не надеялась, просто не позволила ему обречь себя на это.