— Пусть убираются из Британии и не смеют ступить на британскую землю, — рыкнул Кингсли. — Иначе тут же вернутся в Азкабан, на насиженные места. Кроме эльфийки, за неё отвечаешь ты.
— Я передам ваше решение мистеру Корвусу-младшему, — Рэндальф снова поднялся. — Я могу идти?
— Проваливай!
Мальчик покинул ложу. Гермиона вперилась в Кингсли осуждающим взглядом.
— Да не смотри на меня так! — взорвался Министр. — Ошибся. Недооценил ни этого слюнтяя Рабастана, ни французскую семейку. Думал, они счастливы будут избавиться от свалившихся на голову родственников. Ошибся, да. За мою ошибку дорого заплатили десять авроров. Так бывает, Гермиона. Хотел как лучше. Получилось как получилось.
— Пойдём, Кингсли, — вздохнула женщина. — Что сделано, то сделано.
Рэндальф на негнущихся ногах спустился вниз, широко улыбнулся аврорам, кивнул друзьям в знак того, что с ним всё в порядке, и троица зашагала к берегу Чёрного озера. Слизнорт, вздохнув, последовал за ними.
— Профессор, — обернулся к нему Рэндальф, — я ценю ваше гостеприимство, но не могли бы вы дать нам с друзьями пообщаться наедине?
— Увы, мой мальчик, — вздохнул Слизнорт, — не могу. У меня приказ декана — не спускать с вас глаз. Но вы можете использовать Муффлиато, я не услышу ни слова, при этом буду наблюдать за вами.
Дети уселись у самой кромки воды, Клод взмахнул палочкой, отгораживая их от любопытных ушей.
— Ники, — повернулся Рэндальф к подруге, но тут же раздался оглушительный треск.
Клод осуждающе взглянул на Слизнорта и покачал головой.
— Профессор, вы же взрослый уважаемый человек, — попенял он.
Слизнорт извиняюще развёл руками.
— Драккл попутал, — фыркнула Ники. — Спасибо папе за амулет.
— Как раз об этом я хотел у тебя спросить, — Рэндальф смотрел серьёзно и слегка встревоженно. Его напряжение тут же передалось друзьям. — Зеркало для связи с Кори у тебя с собой?
Ники тут же протянула ему небольшое зеркальце в изящном кожаном чехле, украшенном искусно вытесненной фигурой ворона.
— Корвус Лестрейндж-младший, — чётко произнёс Рэнди, напряжённо глядя в
зеркальце, где тут же появилось сосредоточенное лицо Кори.
— Что-то случилось, Рэндальф? — резко осведомился тот.
— С нами всё в порядке, но случилось, — виновато взглянул на него Рэнди. — Кори, я… сам не знаю, как это произошло. Они всё переврали, обвинили родителей чёрт знает в чём, представили оборотня героем, я разозлился, хотел сказать им всем…
Мальчик замолчал. Кори не торопил его, терпеливо ожидая продолжения.
— Столкнулся с их Министром, вспомнил, что это он подсылал к нам своих авроров, ну и сказал ему… сказал, что мы хотим обменять их на тех, кто до сих пор в Азкабане. На друзей моих родителей, которые помогли дяде сбежать.
Брови Корвуса удивлённо поползли вверх.
— Разговор вёлся при свидетелях? — мрачно поинтересовался он.
Рэндальф мотнул головой.
— Нет, только Гермиона Грейнджер-Уизли. Я, собственно, к ней подошёл с вопросом, есть ли юридические препятствия для моего возвращения в качестве главы британской ветви Лестрейнджей и хозяина Лестрейндж-холла, а Бруствер вмешался в наш разговор, ну меня и понесло. Я сам не понимаю, как это случилось, ни о чём таком не думал. Вернее, думал временами, и с Басти мы говорили, что хорошо бы освободить Фасмера, Долохова, Макнейра, но никаких планов не было, а тут меня будто перемкнуло. Вспышка перед глазами, и я сам не понял, что говорю.
— Вспышка? — переспросил Корвус, понимающе покачав головой, и не к месту добавил. — Твои родители были хорошими людьми, Рэндальф, и понимали, что такое дружба. Но тебе, — голос мужчины посуровел, — пора научиться справляться со своей импульсивностью.
— Кори, он, кажется, согласен, — Рэндальф вскинул на Корвуса умоляющий взгляд. Тот молчал.
— Ты, конечно, можешь сказать, что я слишком много на себя взял, тем более, что так оно и есть, или просто не связываться с ним, пусть побесится, — вздохнул мальчик. — Извини, я не хотел тебя подводить.
— Знаю, — недовольно бросил Корвус. — Однако слово сказано. Сам я ничего не имею против, но это надо объяснить министру и уговорить отца. Ладно, попробую. Пожалуйста, будь осторожен и больше ни во что не ввязывайся.
— Спасибо, Кори! — радостно воскликнул Рэндальф.
Тот махнул рукой и исчез с поверхности зеркала. Теперь на Рэндальфа смотрело лишь его собственное отражение, расплывшееся в благодарной улыбке.