— Атакуй, — сделал он приглашающий жест.
— Репульсо! — не заставила я себя долго ждать. Родольфус резко взмахнул рукой, воздух перед ним будто сгустился и засиял серебряным светом, моё заклятие отлетело в сторону.
— Ещё!
— Сектусемпра! Инкарцеро! Ступефай! Импедимента! Флагеллум! Инсендио! Конфринго!
Родольфус, продолжая отбивать поток заклятий, поднял свободную руку, привлекая моё внимание. Я сообразила, что слишком увлеклась, и опустила палочку.
— Твоя задача, — невозмутимо продолжил он, — выставить защиту между противником и собой. Это несложно, как и при любом заклинании, нужна максимальная концентрация и чёткий взмах палочки.
Стоя рядом со мной, он наблюдал, как я пыталась воспроизвести его движения, сделал несколько замечаний, пару раз направил мою руку, исправляя огрехи и, кажется, остался доволен.
— Теперь я атакую, — он взмахнул палочкой.
— Экспеллиармус, — тут же завопила я. Видимо, Беллатрикс лучшим средством обороны считала превентивное нападение.
— Белла, Экспеллиармусом ты владеешь блестяще, — сказал Родольфус, забирая палочку, — но он уместен не всегда. Попробуй выставить щит.
Первый щит разлетелся вдребезги, меня отбросило в сторону, я разозлилась и швырнула в мужа Редукто, которое тот легко отбил, после чего снова осыпала его градом заклятий. Я словно потеряла голову, мне хотелось лишь одного — взять верх. Ярость моя была столь сильна, что в какой-то момент щит Родольфуса тоже исчез.
— Может, сделаем перерыв? — предложил он, потирая плечо.
— Нет, — рявкнула я. Да что со мной?! Если так и дальше пойдёт, скоро Непростительными швыряться начну.
Я мысленно посчитала до десяти, сделал вдох, задержала дыхание на несколько секунд, медленно выдохнула и попросила объяснить и показать снова.
Родольфус был прекрасным учителем — спокойным, терпеливым и доброжелательным. В этот раз я слушала внимательно и повторила его указания в точности, так что когда он взмахнул палочкой, сумела отразить нападение. Он ободряюще улыбнулся, я попробовала ещё. Родольфус рискнул послать заклятие сильнее, я отразила и его. Следующее, правда, обрушило щит, но и само потеряло силу, я почувствовала лишь незначительный толчок.
— Отлично, Белла, вижу, суть ты ухватила, — обрадовался муж. — Просто концентрируйся на защите, а не на том, что ты сделаешь с теми, кто осмелился на тебя напасть.
Он трансфигурировал два кресла. На этот раз я не возражала.
— Хочешь ещё что-то? — спросил Родольфус.
— Да. Окклюменцию, — кивнула я.
Родольфус слегка нахмурился.
— Ты не устала? Для окклюменции нужна максимальная сосредоточенность.
Я мотнула головой. Удивительно, но я и правда не ощущала усталости, наоборот, чувствовала эмоциональный подъём и прилив сил. У меня получалось! Тело Беллатрикс не подводило, послушно выполняя идеально отточенные движения. Родольфус, похоже, устал больше, но это мне на руку.
— Хорошо, сконцентрируйся, пожалуйста.
Вот где мне пригодились навыки медитации. Несколько вдохов, расслабиться, теперь вызвать в сознании образ… свеча — это банально, так что пусть будут виды Вселенной. А что, грандиозно и впечатляюще!
Я кивнула, Родольфус тоже сосредоточился, пристально взглянул мне в глаза, взмахнул палочкой и негромко произнёс «Легилеменс!». Перед моим мысленным взором поплыл Космос. Надеюсь, мужу понравится.
Ему не понравилось. Более, того, он разорвал контакт глаз, резко отшатнулся назад, упёршись спиной в спинку кресла, и с тревогой взглянул на меня.
— Что это, Белла?
Хм, это снимки Вселенной, сделанные телескопом «Хаббл», но боюсь, такое объяснение напугает его ещё сильнее.
— Не знаю, — я пожала плечами, — просто всплыло само собой. А что, ты боишься высоты?
— При чём тут высота? Это… это как там, я будто снова оказался на пути к Грани. Белла, это воспоминание надо прятать, возможно, тщательнее, чем что бы то ни было ещё. Особенно от Лорда, — на секунду запнувшись, добавил Родольфус. — Ты же знаешь, он одержим идеей бессмертия, и твоё возвращение к жизни может вызвать у него слишком пристальный интерес.
Тут я была согласна, Лорду знать о моём воскрешении совсем ни к чему.
Родольфус на несколько секунд прикрыл глаза, потом снова взмахнул палочкой:
— Легилименс!
Я запустила картины природы, облака в небе, журчание ручья, ящерицу на солнце и всё было хорошо, но вдруг в памяти возникла другая картина — крохотная девочка в разгромленной комнате с разбитой мебелью и разбросанными вокруг вещами перепугано сжалась в комок и с ужасом смотрит на…