— Дурак Малфой, — шепнул мне Антонин, — ты дело предлагала, надо было их сразу валить, а не за стекляшки цепляться.
Мальсибер предостерегающе поднял руку, жестом призывая к молчанию. Подростки приблизились к нам вплотную. Прошли мимо, никого не заметив, только блондинка странного вида рассеянно скользнула взглядом по нашим размытым фигурам, но её отвлёк вопль рыжего:
— Гарри! Тут твоё имя!
Поттер тут же примчался к нему и протянул руку. Двое его ровесников, насколько я поняла, Грейнджер и Лонгботтом, стали уговаривать его не брать пророчество, но Поттер не был бы Поттером, если бы их послушал. Он схватил шарик и воззрился на него, ожидая Бог весть каких откровений. Люциус счёл это самым подходящим моментом для эффектного появления.
— Очень хорошо, Поттер. А теперь повернись, медленно и без глупостей, и отдай его мне.
Мы слаженно сняли Дезиллюминационные чары и сомкнули кольцо.
Наш демарш произвёл впечатление. Рыжая девчонка — очевидно, Джинни, сестра Рона, — ахнула, у Поттера забегали глаза, остальные онемели от ужаса, и только Лавгуд смотрела на нас, а вернее, сквозь нас, с выражением доброжелательной заинтересованности.
— Где Сириус? — едва оправившись от шока, спросил Поттер.
Долохов, Макнейр, Крэбб, Нотт и Мальсибер рассмеялись. До мальчишки до сих пор не дошло, что происходит. Мы подступили ближе. Малфой требовал пророчество. Поттер, пытаясь выгадать время или, что более вероятно, упорно отказываясь признать очевидное, требовал немедленно предъявить ему Сириуса. Эх, а послушались бы меня… Я с сожалением вздохнула.
— Деточка, в твои годы пора научиться различать сон и явь, — высокомерно заявил Малфой и попытался припугнуть Гарри нашими палочками. Естественно, его угроза возымела прямо противоположный эффект — Поттер тут же вскинул свою, а остальные последовали его примеру.
Видя, что мальчишка отвлёкся, я решила рискнуть.
— Акцио проро…!
Эх, не вышло. Реакция Ловца сослужила Поттеру прекрасную службу, он успел удержать почти выскользнувший из пальцев шар.
Люциус не нашёл ничего умнее, как разораться, чтобы я немедленно прекратила, а то разобью драгоценную стекляшку, тем самым продемонстрировав Гарри, какую значимость мы придаём этому пророчеству.
Препирательство возобновилось. Малфой требовал, Поттер упирался, ещё и попробовал угрожать. Соратники за спиной начали переминаться с ноги на ногу, теряя терпение. Время утекало, и мальчишка понимал, что это ему на руку. Он потребовал у Малфоя объяснить, что это за пророчество.
— А что, добрый дедушка Дамблдор тебе ничего не сказал? — невинно поинтересовалась я, сбрасывая осточертевшую маску. — Он же слышал это пророчество от первого до последнего слова. Но нет, он предпочёл оставить тебя в неведении. Ах да, весь этот год он старательно прячется от своего любимчика Гарри Поттера, всеми силами избегает оставаться с ним наедине, подозревает в чём-то… Чего он боится, Поттер?
— Это Снейп тебе рассказал! — тут же завизжал мальчишка.
— Глупый, глупый Поттер, — осклабилась я. — Зачем мне Снейп? Всегда его терпеть не могла. Есть же замечательная возможность узнать всё напрямую, из первых рук. А кое-что и подсказать, — я подмигнула, — или показать. Например, как его любимый крёстный извивается от боли в Министерстве магии. И глупый маленький Поттер помчится на выручку, ни на секунду не задумавшись, возможно ли вообще такое. И друзей с собой прихватит, чтоб не умирать в одиночку, да, Гарри? Бедный глупыш…
Я издевательски рассмеялась. Меня начинало затапливать безудержное веселье, хотелось прыгать, смеяться, ликовать… Хотелось накладывать и накладывать Круциатус, смотреть, как жертва корчится от мук, как закатываются глаза, как изо рта, изломанного криками боли, стекает тонкая струйка слюны…
— Белла, — предостерегающе прошептал Родольфус, беря меня за локоть, — не надо, остановись.
Его слова и прикосновение вернули меня к действительности.
Я встряхнула головой и прислушалась. Ничего не изменилось, Малфой и Поттер продолжали препираться, на сей раз относительно Волдеморта и права произносить его имя всяким полукровкам.
— Ступефай! — рявкнул Долохов, у которого, похоже, не выдержали нервы. Из его палочки вылетел красный луч. Малфой мгновенно среагировал, отклонив его в сторону. Луч врезался в один из стеллажей и несколько шариков разлетелось вдребезги. Руквуд лишь вздохнул.
— Ты что, спятил? — заорал Люцус. — Я же сказал, не нападать, пока мы не получили пророчество!
Идиот! Хотя, Поттер и так не обольщался, что мы сдержим слово отпустить его друзей в обмен на шар.