— Хм, похоже, услуги Горбина обошлись бы дешевле, — недовольно пробормотал он. — Да уж, гоблины своего не упустят.
— И сколько же он взял? — поинтересовалась я.
— 45 процентов, — ответил Родольфус.
Рабастан присвистнул.
— Такими темпами… — начал он, но тут с противоположной стороны замка послышались хлопки. Кто-то аппарировал.
— Уходим!
Я схватила мужа и деверя за руки и произнесла первое, что пришло в голову:
— Тоттенхэм-Корт-роуд!
Знакомый рывок, тошнотворное ощущение, когда грудь, казалось, стискивали железные обручи, не позволяющие сделать вдох, а глаза будто вдавливало в глубь черепа, — и вот мы стоим посреди людной улицы.
Наше появление не вызвало особого интереса. Людской поток разделился надвое, огибая нас, но ни на секунду не прекратил движения. Свидетели нашего появления проводили нас любопытными взглядами, чтобы тут же забыть о странных незнакомцах, переключившись на свои повседневные заботы.
— Где мы? — спросил Рабастан, ошалело наблюдая за прохожими.
Да уж, после многих лет одиночного заключения такие толпы ему до сих пор в новинку.
— Идём, — скомандовала я, радуясь, что в своё время не поленилась найти на карте Лондона эту улицу, на которую через полтора года трансгрессирует Золотое Трио, спасаясь от нападения Пожирателей на свадьбе Билла Уизли и Флёр Делакур.
Я свернула на боковую улочку, где людей было гораздо меньше, а оттуда — в тёмный, загаженный проулок. Родольфус брезгливо поморщился, но благоразумно промолчал, предоставив мне полную свободу действий.
Другим концом проулок выходил на пусть не такую многолюдную, но достаточно оживлённую улицу. Оставаясь в тени, мы рассматривали прохожих. Наконец, я решилась. Один взмах палочки — и Рабастан предстал в джинсах, кроссовках и лёгкой ветровке неброских расцветок. Второй — Родольфус сменил мантию на обычный офисный костюм.
Пока я прикидывала, в чём мне будет удобнее, Басти поинтересовался:
— Белла, а ты так оденешься? — и ткнул пальцем в рекламный щит, возвышавшийся впереди. Там полуголая девица небрежно опиралась на капот автомобиля.
— Этого ещё не хватало! — возмутился Родольфус. — Белла, ты же не будешь ходить в таком виде?
— Много ты видишь на улице женщин, так одетых? — поинтересовалась я у деверя. Тот некоторое время пристально вглядывался в толпу, потом снова ткнул пальцем в смазливую девицу, на которой были крошечные шортики и такой же крошечный прозрачный топ.
— Слюни не распускай! — рыкнул Родольфус на брата и повернулся ко мне. — Белла, я всё-таки надеюсь, что ты не станешь опускаться до подобного?
Конечно, я же не сошла с ума разгуливать по улице в таком виде, подумала я, трансфигурировав своё платье в более похожее на те, что носило большинство женщин вокруг. Родольфус выдохнул с облегчением.
— Эти маглы ненормальные, — пробормотал он. — Если позволить им смешиваться с нами, во что мы превратимся, в таких же?
— Что дальше? — спросил Басти.
Я отмахнулась, пристально вглядываясь в людей на улице. Наконец, увидела то, что хотела — мужчина припарковал автомобиль и вышел купить кофе. Он стоял ко мне спиной и в заднем кармане брюк торчал бумажник.
— Акцио бумажник! — и вот он у меня в руках. Никто из окружающих, включая обладателя, ничего не заметил. Мужчина расплатился заранее подготовленной кредиткой, сел в машину и уехал.
— Белла, зачем это тебе, денег же достаточно, — удивился Родольфус. Но мне были нужны не деньги. Я открыла бумажник и убедилась, что в нём находится водительское удостоверение. Ещё один взмах палочкой — и на фотографии вместо предыдущего владельца красовалась физиономия Родольфуса.
— Ты теперь Дуглас Грант, — сказала я мужу, — запомни.
Родольфус кивнул.
— А я? — спросил Рабастан.
— Ты… Себастьян Грант, — решила я. Это имя в крайнем случае позволяло по-прежнему называть деверя Басти. Всё-таки в его сообразительности я не была уверена. — Меня называйте Арабелла. Лучше полным именем.
Пора было уходить. Не стоило привлекать внимание Министерства участившимися случаями колдовства в магловском районе.
Мы вернулись на Тоттенхэм-Корт-роуд. Сейчас мы ничем не отличались от остальных прохожих.
Прямо перед нами возвышался огромный торговый центр.
— Нам сюда, — скомандовала я. — Не крутите головами, не шарахайтесь ни от чего, ни с кем не вступайте в разговоры и не устраивайте скандала, даже если вас кто-то заденет или что-то скажет.