— Он… он… — с трудом выдавила она, не решаясь произнести «мёртв».
— Ранен, — укладывая брата на диван, успокоил её Родольфус. — Нарцисса, пожалуйста, свяжись с Фасмером и вызови его сюда. Срочно.
— Я не знаю, где вы были и что делали, — тон Нарциссы с испуганного сменился на отстранённо-ледяной, — но завтра это станет известно всем. Ты думаешь, авроры не догадаются, к кому и зачем среди ночи приходил целитель?
Родольфус изумлённо вскинул голову, потом медленно встал.
— Нарцисса, Басти ранен. Ему нужна помощь. Поэтому сейчас ты под любым предлогом вызовешь Фасмера. Мигрень, отравление, бессонница — мне всё равно. Через пять минут он должен быть здесь, — ровным тоном произнёс он, глядя Нарциссе в глаза.
Сестра попятилась, и было от чего.
Таким я Родольфуса ещё не видела. Это не имело ничего общего с той вспышкой гнева, которую он выдал после нашего безрассудного полёта, когда мы с Рабастаном, не желая уступить друг другу, чуть не столкнулись в воздухе. Сейчас передо мной стоял человек, готовый убивать не задумываясь, не мучаясь сомнениями, не терзаясь угрызениями совести. Вернее, даже не убивать — устранять препятствия, некстати возникшие на пути.
Нарцисса побледнела. Окинув Родольфуса ненавидящим взглядом, она привычно щёлкнула пальцами и приказала мгновенно явившемуся на зов эльфу немедленно привести целителя.
Родольфус снова сел рядом с братом и осторожно взял его за руку:
— Потерпи, Басти, всё будет хорошо. Фасмер тебе поможет.
Толстяк появился через несколько минут. Похоже, домовик поднял его с постели, поскольку мантия была накинута прямо на пижаму.
— Что произошло, леди Малфой? — спросил он. — Ваш эльф ничего не объяснил, лишь ломал руки и твердил, что дело крайне срочное. Надеюсь, что это так, потому что…
Тут он увидел нас и осёкся.
— Лорд Лестрейндж, миледи, — поприветствовал нас целитель, одновременно окидывая лежащего на диване Рабастана цепким взглядом.
— Мистер Фасмер, мой брат ранен, я прошу вас осмотреть его, — прерывающимся от волнения голосом попросил Родольфус.
— Разумеется, — Фасмер склонился над бездыханным телом деверя, осторожно приподнял ему веко, проверил реакцию зрачка на свет, несколько раз провёл палочкой вдоль тела, задал несколько уточняющих вопросов и в конце концов удовлетворённо кивнул.
— Спешу вас успокоить, лорд Лестрейндж, непосредственной опасности нет. Ваш брат сильно оглушён, это главная причина, по которой он без сознания. Раны поверхностны, заживут быстро, сейчас я наложу мазь, а утром пришлю вам необходимые зелья и расписание приёма. Однако проследите, чтобы мистер Лестрейндж не поднимался с постели хотя бы до конца недели.
Фасмер ловко разрезал мантию Рабастана, осторожно снял рубашку и принялся смазывать раны остро пахнущей субстанцией. От резкого неприятного запаха меня затошнило. Я покачнулась. Родольфус, до этого внимательно следивший за манипуляциями Фасмера, мгновенно поднял голову и с тревогой взглянул на меня.
— Белла, с тобой всё в порядке? Ты так побледнела.
— Всё хорошо, — успокоила я мужа. — Голова закружилась.
— Вы не ранены, леди Лестрейндж? — спросил Фасмер.
— Говорю же, нет. Со мной всё в порядке, — рассердилась я. — Всему виной отвратительный запах вашего чудо-лекарства.
— Запах действительно специфический, — согласился Фасмер. — Это листья алихоции. Но эффект мази вы увидите уже завтра.
— Спасибо, мистер Фасмер, сколько я вам должен, с учётом срочности и позднего времени? — спросил Родольфус.
— Нет-нет! — целитель вскинул руки. — Любая помощь Пожирателям Смерти оплачивается Повелителем.
Родольфус кивнул, крепко пожал Фасмеру руку, после чего целитель покинул нас, воспользовавшись камином. Муж повернулся к Нарциссе.
— Цисси, прости, если я был слишком резок.
Сестра ничего не ответила.
Родольфус приказал эльфам перенести Басти в комнату и уложить в постель.
— Я, наверное, не усну сегодня, — извиняющимся тоном сказал он мне. — Посижу в библиотеке.
— Составлю тебе компанию, — кивнула я. — Меня тоже в сон не клонит.
Родольфус благодарно улыбнулся.
Мы сидели у камина, пили вино, время от времени перебрасывались ничего не значащими фразами. Я приглядывалась к мужу. Он выглядел измученным и усталым (что неудивительно), но, слава Мерлину, его лицо оставалось обычным, не превращаясь в жуткую безжизненную маску, как после рейда к Блайтонам. И руки вроде бы он резать не собирался. Что ж, сегодня, с учётом условий Волдеморта, опыта Амелии и быстрого выхода Басти из строя бой был на равных, и мы победили в этом бою. Мы выжили, и это главное, решила я про себя. На войне как на войне.