Родольфус выслушал меня очень внимательно.
— Спасибо, Белла, это очень ценная информация. Может статься, она спасёт нам жизнь.
Рабастан принёс несколько книг. Большей частью они содержали пересказы легенд и байки в стиле Златопуста Локонса. Особой удачей было то, что ему удалось отыскать словарь основных слов и выражений языка великанов. Родольфус бегло пролистал его, хмыкнул, попробовал произнести некоторые фразы. Получился звук, напоминающий нечто среднее между рычанием и звуками падающих на каменистую почву обломков.
— Ничего, потренируюсь, — пробормотал он, взглянул на часы и встал. — Мне пора.
Родольфус попрощался с Басти, потом обнял меня, крепко прижав к себе. Я уткнулась ему в шею. Рабастан деликатно отвернулся. Мы простояли так несколько минут, потом Родольфус неохотно разомкнул объятия.
— Береги себя, — я провела пальцами по его щеке. Он перехватил мою ладонь и прикоснулся к ней губами.
— Я вернусь, — муж ободряюще улыбнулся мне на прощание и вышел. За дверью раздался знакомый хлопок аппарации.
На меня накатили грусть и опустошённость. Басти тоже выглядел расстроенным.
— Всё обойдётся, — произнёс он, утешая скорее себя, чем меня. — Роди справится. Нет такого, с чем бы он не справился.
Я улыбнулась и кивнула.
Утром Рабастан отбыл к Селвину. Мы с сестрой остались вдвоём.
К сожалению, отношения между нами оставались натянутыми. Драко прислал истеричное письмо, в котором жаловался на весь мир. Из каждой его строки несло паническим ужасом. Объяснение этому нашлось быстро — «Пророк» напечатал статью о студентке Хогвартса, попавшей в Мунго из-за контакта с опасным тёмномагическим артефактом. Нарцисса, прочитав статью, разбушевалась:
— Во что превращается Хогвартс? А если бы на месте этой девочки оказался Драко?
Интересно, подумала я, она действительно не допускает мысли, что именно Драко мог подсунуть девчонке этот артефакт, пусть и по ошибке? Похоже, материнская любовь по-прежнему ослепляла Цисси, она была уверена, что её дорогой мальчик не способен на подобное, задание Лорда вместо него выполнит Снейп, так что и беспокоиться не о чём.
Не обнаружив у меня опасений по поводу возможного контакта Драко с опасным предметом, Нарцисса снова упрекнула меня в бесчувственности из-за отсутствия собственных детей и несколько дней дулась.
Потом Корбан организовал ей свидание с Люциусом, после которого Нарцисса билась в истерике, проклиная Поттера, пророчество, Дамблдора и всех Пожирателей, вместе взятых. Лорда, из-за которого и заварилась эта каша, она упомянуть не рискнула.
Тошнота и отсутствие аппетита, мучавшие меня последние дни, наконец-то исчезли. Я, порядком изголодавшись, накинулась на еду. Нарцисса какое-то время презрительно наблюдала за мной, потом не выдержала.
— Белла, где твои манеры? Видела бы тебя наша мать! У кого ты научилась глотать селёдку на завтрак и заедать тостами с джемом, у Долохова? Что за дикость?! И потом, сестра, подумай о фигуре, на тебе платье уже впритык. Родольфус, конечно, боготворит тебя в любом виде, но на твоём месте я бы задумалась…
Я машинально кивала, продолжая поглощать селёдку, и вдруг в голове будто что-то щёлкнуло. Тошнота… странные вкусовые пристрастия… я действительно поправилась, сама обратила внимание, что вещи становятся тесными… С момента моего появления в этом мире у меня ни разу не было месячных. В Азкабане оно было неудивительно — жуткие условия, постоянный голод, слабость, стресс, подавленность, а потом я воспринимала это как данность, сочтя последствиями заключения. И, кажется, просчиталась. Я резко отставила тарелку и встала из-за стола.
Нарциссу кольнула совесть.
— Беллатрикс, я, возможно, была слишком резка, прости, я совсем извелась от страха за Драко и Люциуса. Не думай, я не попрекаю тебя, я помню, через что тебе пришлось пройти…