— То есть вы хотите его отдать им?
— Нет, но выбора нам не дадут. Тем более, Каллен, не ты ли желал посадить этого малефикара на цепи?
— Желал. Но после того, что мы тут пережили… я думаю, мы заслуживаем первыми узнать его историю.
Как оказалось, вместе с храмовниками сейчас шёл и Серый Страж. Это был повод даже порадоваться, ведь у «рук» Верховной Жрицы как раз было несколько вопросов к члену их ордена. Однако теперь после того, что им показала Тень, все лишь ещё больше насторожились.
— Значит, ещё остались люди, которые способны взять на себя роль и ответственность по спасению мира, не размениваясь на лишние слова, в отличие от этого церковного курятника, — говорил Корин и рассматривал построившихся солдат, видимо, пытался найти того, за кем пришёл.
— Лорд-Искатель, — кивнула Кассандра, здороваясь. — Брешь закрыта…
— Да я вижу, — перебил её мужчина, когда глянул на небо. Им показалось или в его голосе слышалось осуждение этого поступка?
— Поэтому нам бы хотелось знать, зачем вы привели столько храмовников? — невозмутимо продолжала женщина.
— Не говорите так, будто не понимаете, Кассандра Пентагаст. Выживший в взрыве маг должен был перейти в нашу юрисдикцию в тот же день. Однако до сих пор этого не произошло. Поэтому во избежание конфликта я требую, чтобы вы передали виновного нам, и мы забудем это недоразумение.
Кассандра неприятно поёжилась. Глаза этого мужчины ей показались уж слишком… неживыми.
— Лорд-Искатель, мы работаем от Церкви, обвиняемый принадлежит ей. И судить его будут в Вал Руайо.
— Я вам приказываю.
— Вы не можете приказать приближённой Верховной Жрицы…
— Которой больше нет. Значит, вы как Искатель подчиняетесь мне. Как и вы, Каллен Резерфорд.
— Я ушёл из храмовников, — возразил командир.
— Однако продолжаете носить обмундирование с символикой ордена.
Наступила тишина. Кассандра не знала, как ещё можно было возразить Лорду-Искателю. Ведь мужчина прав, она обязана ему подчиниться. Этот маг обвиняется в взрыве да ещё и малефикар, это делает его особо опасным, а значит, нужно было передать всё расследование Искателям, а самого мага — храмовникам. Возможно, позже они докажут его невиновность или хотя бы необходимость его участия в окончательном закрытии Бреши, однако к этому времени под давлением общественности его или убьют, или усмирят.
Солас придерживался приказа и стоял вместе с пленником позади всех, но внимательно слушал нынешний разговор. Эльф единственный прекрасно чувствовал, что пришедшие были не теми, кем казались, а значит, выжившего нельзя ни в коем случае отдавать, особенно, когда теперь неизвестно, что это за человек и откуда он вообще взялся на Конклаве. Поэтому когда доводы у их стороны закончились и они готовы были подчиниться, маг даже разозлился.
— Нет, Кассандра! Мы не можем его отдать! — опять рискуя собой, Солас выбежал из укрытия и направился к командующим.
Судя по суровому взгляду, женщина хотела приструнить эльфа, который своим поведением только больше всё усугублял.
— А, так это значит тот самый эльф-маг. Правду говорят, Кассандра, что вы допустили отступника до изучения Бреши?
— Мои знания помогли закрыть её, пока ты со своими храмовниками прятался, как трус!
— Солас! — Кассандра попыталась остановить его, даже удивившись тому, что тихий эльф неожиданно так взбунтовался.
— Кассандра, неужели вы не видите, что здесь что-то не так?! — желая избежать худшего, Солас пытался заставить главных принять его сторону и отвоевать пленника хоть словами, хоть силой. Однако получил лишь новую порцию осуждения.
— И вы ещё терпите этого наглого раттуса? — неожиданно к спорящим из толпы храмовников вышел Серый Страж.
«Раттус, значит», — злобно подумал эльф, когда взглянул на Стража и увидел то, что не видят другие. Его подозрения подтвердились: это отряд далеко не обычных храмовников. Не зря все они попрятали свои лица под шлемами с плотным забралом.
В тот же момент эльф, неожиданно для всех, сотворил заклинание и направил его на ближайшего храмовника. Каменный кулак точно влетел в его голову, сорвав шлем.
— Солас, что ты творишь?! — закричал шокированный Каллен, озвучив вопрос за всех.
— Вы лучше посмотрите на него, — спокойно, даже победно произнёс эльф, указав на поражённого им храмовника. — Говорил же, что их магия какая-то неправильная.
Ожидалось, что под шлемом должно скрываться лицо обычного мужчины. Но оказалось, что там было до безобразия искорёженное месиво с какими-то странными кристаллическими наростами. Этот «человек» даже говорить не мог, только что-то промычал от травмы, полученной от заклинания эльфа.